В Алматы начался судебный процесс по делу бывшего президента АО «Центр развития трудовых ресурсов» Даулета Аргандыкова, его преемника Акмади Сарбасова и генерального директора ТОО «Первое кредитное бюро» Руслана Омарова. Обвиняют их в злоупотреблении полномочий и взяточничестве.
Следствие считает, что через государственный центр ЦРТР, который предоставляет банкам данные о доходах граждан, ПКБ незаконно получило преимущества перед конкурентом. Ущерб государству оценен почти в 2 млрд тенге. Кроме того, фигурантам вменяют использование вредоносной программы для ограничения конкурента и эпизод со взяткой в размере 75 тысяч долларов. Подробности дела выяснял Ulysmedia.kz.
В основе обвинения лежит соглашение между Центром развития трудовых ресурсов (ЦРТР) и Первым кредитным бюро. Первый считается единственным оператором данных о доходах граждан. Эти сведения используют банки при выдаче кредитов, а получать сведения кредитные бюро могут только через ЦРТР.
В обвинительном акте говорится, что в декабре 2020 года в то время руководитель центра Даулет Аргандыков и глава Первого кредитного бюро Руслан Омаров подписали дополнительное соглашение, которое изменило распределение доходов между сторонами. Если раньше ПКБ получало 30% от стоимости каждого запроса, то после подписания документа его доля выросла до 35%. Доля ЦРТР, соответственно, сократилась с 70% до 65%.
Следствие считает, что именно эти дополнительные пять процентов обеспечили частной компании преимущество на рынке.
– Омаров Р. понимал, что указанное преимущество создаст для ПКБ заведомо неравные и дискриминационные условия конкуренции, позволит проводить более агрессивную тарифную политику, направленную на привлечение клиентов, а также приведет к увеличению доходов ПКБ и укреплению его деловой репутации перед учредителями, – зачитывал обвинение прокурор.
По версии следствия, за период с января 2021 года по апрель 2025-го государство недополучило 1 млрд 958 млн тенге.
Для этого в 2022 году в ЦРТР был создан механизм, который искусственно замедлял обработку запросов Государственного кредитного бюро (главного конкурента ПКБ). В материалах дела говорится, что для этого использовалась функция Thread.sleep, встроенная в программный код.
– Условная задержка активируется только для запросов от ГКБ и нацелена на намеренное понижение приоритета запроса, – к такому выводу пришли эксперты.
Заявки Государственного кредитного бюро обрабатывались за 1–3 секунды, тогда как запросы Первого кредитного бюро проходили примерно за 0,3 секунды. В результате часть запросов переходила к Первому кредитному бюро, что увеличивало его доходы.
После увольнения Даулета Аргандыкова в марте 2025 года ЦРТР возглавил бывший первый вице-министр труда Акмади Сарбасов. Еще до назначения Аргандыков якобы обсуждал его кандидатуру с Русланом Омаровым, мол новый человек должен сохранить действующие договоренности.
– 8 апреля 2025 года в переписке в мессенджере Threema Аргандыков написал Омарову, что Сарбасов «будет своим», подтверждая его участие в этих договоренностях.
С марта по апрель 2025 года Аргандыков продолжал контролировать работу этой схемы и обеспечивал ее дальнейшее функционирование. В результате продолжало действовать дополнительное соглашение №3, которое было невыгодно государству и причинило ЦРТР имущественный ущерб, – говорится в обвинении.
История, как считает следствие, завершилась не только ущербом государству и предполагаемым вмешательством в работу информационных систем. Весной 2025 года Даулет Аргандыков, Руслан Омаров и новый глава ЦРТР Акмади Сарбасов договорились сохранить условия сотрудничества. Как считает следствие, за покровительство интересам ПКБ Сарбасов должен был получать незаконное вознаграждение.
– По обоюдному соглашению всех участников преступного сговора -, Омарова Р., Аргандыкова Д. и Сарбасова А., принято согласованное преступное решение о формировании суммы взятки, размер которой определялся в объеме, эквивалентном примерно 5 % от ежемесячного объема продаж (доходов) ПКБ. Указанный способ определения размера незаконного вознаграждения избран умышленно и целенаправленно, исходя из стремления обеспечить систематический и устойчивый характер получения взятки, непосредственно увязанный с финансовыми результатами деятельности ПКБ, а также с сохранением и дальнейшим применением условий дополнительного соглашения.
В июне фигуранты начали готовить встречу в Алматы. В материалах дела описана переписка Аргандыкова и Омарова в мессенджере, где они согласовывали дату прилета и детали передачи денег. По версии обвинения, Омаров рассчитал сумму взятки на основании финансовых показателей ПКБ за май 2025 года и подготовил 75 тысяч долларов наличными.
28 июня 2025 года все трое встретились в летнике одного из кафе, Аргандыков и Омаров передали Сарбасову указанную сумму за сохранение условий дополнительного соглашения между ЦРТР и ПКБ. В этот момент и появились силовики.
Затем последовали обыски. Сотрудники ДЭР изъяли 370 тысяч долларов и 4,5 млн тенге. Тогда же был наложен арест на имущество и ценные бумаги.
В суде пока что выступил только адвокат Сарбасова, который заверял суд, что его подзащитный начал работать в ЦРТР в апреле 2025 года и не имеет отношения к тем событиям. Он считает, что доказательств получения взятки нет.
– До сих пор мы не можем понять, почему он вообще фигурирует в этом деле. По делу проходят десятки свидетелей, проведено множество экономических экспертиз. Думаю, что судебное разбирательство установит, что его вина не доказана и доказана быть не может.
В правовой квалификации указано, что Сарбасов лично получил 75 тысяч долларов в качестве взятки. Однако в ходе следствия при нем таких денег не было обнаружено и изъято не было. Эти средства были изъяты у другого человека. Почему именно это действие вменяется Сарбасову, непонятно, – высказал он свое мнение.
Даулету Аргандыкову вменяют злоупотребление должностными полномочиями, повлекшее тяжкие последствия. Следствие считает, что именно при нем были созданы условия, благодаря которым Первое кредитное бюро получило дополнительные преимущества на рынке и увеличенную долю доходов от обработки запросов. Эти действия квалифицированы по статьям 361 части 4 пункту 3 и 210 части 2 пунктам 1, 2 и 3 Уголовного кодекса.
Руслану Омарову предъявлено обвинение в даче взятки группой лиц по предварительному сговору в крупном размере (по статье 367 части 3, пунктам 1 и 2 УК РК).
В отношении бывшего первого вице-министра труда Акмади Сарбасова следствие считает, что после назначения на должность он обеспечивал сохранение условий соглашения, выгодного для Первого кредитного бюро. И якобы именно за это и получил взятку в размере 75 тысяч долларов.
Судебное разбирательство продолжается. По делу заявлено около 80 свидетелей. На ближайших заседаниях суду предстоит изучить результаты экспертиз и другие материалы этого уголовного дела.
Кого удивишь в нашем отечестве, которое все силы бросило на борьбу с коррупцией, громкими задержаниями? Список известных фамилий, которые попали в поле зрения АФМ огромен – наручники пришлось примерить многим представителям олимпа. Сейчас, судя по всему, борцы с коррупцией спустились на ступеньку ниже – в орбиту следствия чаще попадают не министры, а их замы. Ulysmedia.kz не так давно решил поразмышлять о причинах задержания Акмади Сарбасова.
История бывшего вице-министра труда и соцзащиты напоминает дела Жаксылыка Кулекеева, Ельжана Биртанова, Олжаса Абишева и многих других чиновников, которые оказались за решеткой и прошли показательные суды. Подробнее об этом можно почитать здесь.
