Ормузский пролив могут разминировать до полугода, и то только при остановке конфликта вокруг Ирана. Пока мир считает риски энергетического кризиса, коридор через Казахстан выходит на первый план — Ulysmedia.kz объясняет почему.
Ормузский пролив считается одним из ключевых маршрутов мировой энергетики. До начала конфликта через него проходило около 20% глобальных поставок нефти. Основные потребители – страны Азии, включая Китай, Японию и Южную Корею.
Сейчас ситуация вокруг пролива остаётся неопределённой. По данным американской разведки, Иран способен удерживать его закрытым от одного до шести месяцев. При этом в США называют такой сценарий «неприемлемым и невозможным».
Дополнительную путаницу вносят противоречивые заявления. Дональд Трамп утверждал, что мины уже убираются при участии США, тогда как другие источники сообщают, что Иран сам не знает точное расположение части установленных мин.
На фоне затянувшихся переговоров и срыва перемирия рынок уже реагирует. Цены на нефть растут, а риски энергетического кризиса усиливаются.
На этом фоне внимание вновь переключается на альтернативные маршрут, в том числе на так называемый Средний коридор, проходящий через Казахстан, Каспий, Кавказ и Турцию.
Политический обозреватель Естай Божан считает, что такие кризисы всегда перераспределяют логистические потоки:
– В условиях геополитической напряжённости транспортные маршруты становятся инструментом давления. Но для одних стран это проблема, а для других возможность. Средний коридор как раз оказался в числе тех направлений, которые получают шанс усилиться, – поделился своим мнением эксперт для Ulysmedia.kz.
Маршрут был создан ещё в 2014 году, но долгое время уступал северному направлению через Россию. После начала войны в Украине его значение резко выросло. В развитие начали вкладываться не только страны региона, но и Китай, Турция, ЕС, а также международные финансовые институты.
Однако усиление коридора – это не только экономика, но и политика.
– В развитии маршрута заинтересованы многие, но есть и те, кто не хочет его усиления. Рост роли Центральной Азии в логистике ослабляет позиции России и Ирана. Москва стремится сохранить влияние, поэтому даже без прямого противодействия возможен косвенный нажим на инвесторов, — отмечает Естай Божан.
При этом Китай, несмотря на тесные связи с Россией, также заинтересован в альтернативных путях в Европу. США и ЕС, в свою очередь, не хотят отдавать контроль над стратегическим маршрутом и пытаются закрепиться через Южный Кавказ. Если этим игрокам удастся договориться, Средний коридор может быстро стать одним из ключевых маршрутов мировой торговли.
Инвестиции в проект растут. Только на прошлой неделе Всемирный банк и партнёры выделили 3,3 млрд долларов. Часть средств направят на реконструкцию дороги Караганда – Жезказган, часть на железнодорожный переход через Босфор.
Сам маршрут связывает Китай и Европу через Центральную Азию, Каспий, Кавказ и Турцию, фактически создавая альтернативу традиционным путям.
Несмотря на рост интереса, эксперты не ждут мгновенного передела влияния.
– Россия по-прежнему остаётся главным центром влияния в регионе, хотя её позиции ослабли. Китай наращивает присутствие, ЕС тоже активизируется, США продвигают свои интересы. Всё это – лишь краткий эпизод более долгого процесса, – считает Божан.
Он подчёркивает, что резкие изменения могут обострить конкуренцию между крупными державами и создать риски для стабильности. Пока же процесс идёт постепенно, и это играет на руку странам региона.
Казахстан оказывается в центре новой логистической конфигурации. С одной сторон, риски глобального кризиса из-за Ормуза, с другой, шанс усилить свою роль как транзитного узла.
Если конфликты на Ближнем Востоке и в Восточной Европе затянутся, интерес к маршрутам через Центральную Азию будет только расти. Это уже не теория. Инвестиции, политическое внимание и конкуренция вокруг коридора показывают, что борьба за него началась.