Уроженка Западно-Казахстанской области Наташа Калымбетова несколько месяцев назад рассказала в соцсетях шокирующую историю о том, как ее, 17-летнюю выпускницу сельской школы жестоко изнасиловали односельчане. Полиция региона возбудила уголовное дело по преступлению, не имеющему срока давности. Но, как выяснилось, это был не конец истории: от одного из насильников Наташа родила дочь, которая позже исчезла где-то между Домом малютки и детским домом. Куда мог пропасть ребенок и почему Наташа решила искать дочь спустя почти 30 лет – в материале Ulysmedia.kz.
Дело Наташи Калымбетовой может стать прецедентом для казахстанской правоохранительной системы – насильники ответят за преступление, даже спустя 30 лет.
По словам женщины, четверо односельчан в 1994 году подстерегли ее, 17-летнюю девчонку, вечером, увезли в заброшенный дом на берегу реки Жайык и всю ночь издевались над ней.
Среди насильников был старший брат ее одноклассницы, которого она умоляла помочь, но тщетно.
После того, как насильники устали и ушли, девушка огородами пробралась домой и постаралась спрятаться.
Не стала поднимать шумиху и мать Наташи. За 30 лет Наташа даже нашла для матери оправдание:
- Может быть, она по-своему хотела сохранить мою жизнь. Она ее сохранила. Я поэтому сейчас такая с сильным характером. Я обучилась. Я встала на ноги, не умерла… Если бы она тогда подняла шум, то скорее всего, меня бы просто выдали замуж за одного из них, и они бы дальше продолжали меня насиловать. Возможно, убили бы, - рассуждает Наташа.
Однако, итогом жестокого изнасилования стала не только травма юной девушки, но и беременность.
- Я родила или 30 или 31 декабря 1994 года, точно не знаю, потому что я очень сложно рожала, несколько раз падала в обморок, а акушерки относились ко мне очень пренебрежительно и говорили, что у меня ребенок отказной. Я на тот момент еще не понимала ничего, потому что никаких отказов не писала. Но после родов мне принесли бумагу, сказали подписать, - вспоминает Наташа.
Как она полагает, отказ от ее имени написала мать. Но девушка и сама была не против избавиться от ребенка, зачатого от одного из насильников, поэтому не возражала.
- Одна из акушерок сказала: «Она же будет здесь еще несколько дней лежать, пусть кормит ребенка», после этого мне принесли мою дочь. И я вскоре поняла, что прикипала к своей дочери, что не хочу ее отдавать. Я просила мне как-то помочь куратора педколледжа, поговорить с моей мамой, с моим старшим братом, чтобы было куда забрать ребенка, но они отказались. В общежитие меня с дочерью тоже не хотели брать. Поэтому пришлось оставить ее в Доме малютки, - вспоминает Наташа.
Она регулярно приходила к дочке, кормила ее, а потом, когда девочке исполнилось три года и ее пора было переводить в детский дом, она пропала.
- Три года я ходила к ребенку в дом малютки, потом уехала в Алматы чтобы устроиться на работу. После я вернулась в Уральск, но моего ребенка уже не было, - рассказывает женщина.
Как полагает Наташа Калымбетова, поспособствовал удочерению ее ребенка родной дядя.
- Это моего отца братишка. Он всю жизнь работал в Детдоме и выходил на пенсию с должности директора. Моя дочь была записана на мою фамилию. Получается, его тоже. И он, переживая за свою репутацию, сбыл моего ребенка куда-то, - уверена женщина.
Она пыталась выяснить правду у дяди лично, но он игнорировал все разговоры на эту тему.
Избегают общения с Наташей и все остальные родственники.
За эти 30 лет она построила карьеру, родила и вырастила сына в одиночку, переехала в Таиланд, но так и не смогла забыть ни насилие, ни дочь.
Сейчас она вернулась в Уральск, чтобы принять участие в следственных действиях, и хоть бы что-то выяснить о дочери.
- Она была как ангелочек, поэтому я назвала ее Анжелика. Фамилия у нее была моя, но, как мне удалось узнать, при удочерении ее фамилия стала Боуг, а второе имя - Николь. Возможно, ее удочерили в США. Все, что я сейчас хочу, это убедиться, что она жива и здорова, живет счастливо, - объясняет Калымбетова.
Что же касается возбужденного уголовного дела по факту насилия 30-летней давности, то о нем женщина практически ничего не рассказала, ссылаясь на тайну следствия.
По словам Наташи, ее насильники сейчас – почитаемые в родном селе агашки, которые воспитывают детей и внуков.
Но, как подчеркивает правозащитница Дина Тансари, насилие – это преступление, которое не имеет срока давности. И следователи Западно-Казахстанской области всерьез намерены передать это дело в суд.
Для этого им нужны свидетельские показания.
- Я знаю, что вы все знаете, что это именно о вашем поселке речь, и я знаю, что вы боитесь дать показания. Вы думаете: «Она завтра уедет, а нам тут жить». Но дело в том, что если насилие сейчас не остановить, оно никогда не остановится. Поэтому сейчас от вас очень много зависит, уважаемые жители этого поселка. Пожалуйста, дайте показания, - обратилась к жителям поселка, в котором более 30 лет назад случилось насилие, Дина Тансари.
Она подчеркнула, что следствие может засекретить имена свидетелей, но правду все же должен кто-то рассказать.