Казахстан еще, наверное, долго будет рассуждать о том, кто виноват в том, что в пятницу отключились метро, светофоры и прочая инфраструктура крупнейшего мегаполиса, а также остались без света ряд городов Юго-Востока страны. но проблема в том, что мы и раньше сталкивались с блэкаутами, а выводов, судя по последним событиям, сделано не было.
Вместе с экспертами в энергетики Ulysmedia.kz попытался понять – кто же должен был не допустить масштабных отключений света и почему у него это раз за разом не получается.
Понимаем, что цифры – это скучно, но без них просто невозможно понять: что же произошло с энергосистемой Казахстана в пятницу, 14 августа 2026 года.
14 августа в 14:38 в Единой электроэнергетической системе Казахстана произошло аварийное отключение трех высоковольтных линий KEGOC напряжением 500 кВ: Л-5400, Л-5300 и Л-5320. После этого, как сообщили в «Алатау Жарық Компаниясы», сработала система автоматического ограничения нагрузки (САОН), которая отключила потребителей на 300 МВт.
Однако этого оказалось недостаточно, чтобы остановить аварию – итоговые ограничения электроснабжения, по предварительным данным KEGOC, в Казахстане достиг около 2810 МВт. Южная зона ЕЭС Казахстана и объединенная энергосистема Центральной Азии перешли на изолированную работу.
По сути, случился настоящий коллапс. Без света, а это значит и без других благ цивилизации на несколько часов остались Бостандыкский, Наурызбайский, Ауэзовский и Алатауский районы Алматы, десять районов Алматинской области, а также часть жителей Шымкента, Жетысуской, Карагандинской, Абайской и Улытауской области.
Примечательно, что без света в Алматы остались метро, канатная дорога и часть светофоров. В домах и даже больницах отключили лифты, у некоторых пропала вода. Интернет, естественно, тоже у многих пропал.
Поэтому, когда через пару часов электроснабжение начали восстанавливать, казахстанцы первым делом благодарили энергетиков за слаженную и оперативную работу.
Сам KEGOC, который отвечает за надежность работы электрических сетей Казахстана, тоже поспешил заявить о себе как о главном пострадавшем и – немного герое дня.
Согласно официальным сообщениям, авария произошла из-за наброса мощности со стороны объединенной энергосистемы Центральной Азии, позже вышло дополнение, что авария произошла из-за отключения гидрогенераторов на Токтогульской ГЭС в Кыргызстане. Суммарная мощность этих генераторов – 600 МВт. При этом в официальных сообщениях не говорилось прямо, но подчеркивалось: не будь у Казахстана надежной автоматики, авария могла бы быть куда масштабнее.
Но независимые энергетики считают, что ситуация требует строгого разбора полетов.
- Знаете сказку про лису и двух медвежат? Она им там вызвалась поделить кусок сыра пополам, но сначала один кусок оказался больше другого – она откусила, потом наоборот – она снова откусила. И так – пока со всем сыром не управилась. Вот что-то такое и с этой аварией. Произошла авария – не важно в какой стране Центральной Азии, ее мощность – 600 МВт. Но САОН Алматы отключает 300 МВт, авария идет дальше и в итоге мы видим, как из-за проблемы в 600 МВт, в Казахстане отключили 2800. Почти в 5 раз больше! – попытался нам максимально просто объяснить – что же произошло 14 августа независимый энергетик Асет Наурызбаев.
И тут уже, согласитесь, появляется ряд вопросов к нашему национальному оператору электросетей, главный из которых – почему казахстанская САОН не смогла точно рассчитать требуемую для отключения мощность? Ведь ладно ошиблась автоматика в Алматы, но после наверняка была череда других ошибок. Как иначе объяснить то, что 600 МВт превратились в 2800 МВт?
И точно ли наши энергетики оказались героями, которые остановили чужую беду? Или они доблестно ликвидировали последствия собственных же ошибок?
Самое печальное, что аналогичные аварии, просто меньшего масштаба, уже случались в этом регионе.
25 января 2022 года произошло замыкание на линии 500 кВ между Сырдарьинской ТЭС и подстанцией «Ташкент». Суммарные потери составили 1500 МВт, а наброс на транзитную сеть Север-Восток-Юг Казахстана составил 2100 МВт.
В Казахстане сработала противоаварийная автоматика, и южная зона была отделена от основной части энергосистемы. Благодаря этому полного погашения юга удалось избежать, но на несколько часов без света остались в Алматинской, Жамбылской, Туркестанской, Кызылординской областях, Алматы и Шымкенте.
Тогда САОН сработала четче, чем в этот раз: на мощность 1500 МВт отключили потребителей на 1800 МВт.
KEGOC тогда подчеркивал: его автоматика отработала штатно, а все ограничения в Казахстане были сняты примерно за четыре часа. Межгосударственная комиссия также положительно оценила действия персонала и работу релейной защиты и противоаварийной автоматики.
Но одновременно по итогам расследования были разработаны организационные и технические мероприятия, которые должны были не допустить подобных нарушений в будущем.
И вот, прошло четыре года, в KEGOC сменился председатель, а проблема, получается, не решилась?
- После той аварии нужно было много что сделать. В первую очередь – попробовать договориться со странами Центральной Азии о регламентации вот этих отключений, чтобы те самые 600 МВт отключались там, где произошло замыкание. Это было бы идеально для нас, потому что дешево относительно. Но есть и другой вариант – ограничить нашу территорию вставками постоянного тока, чтобы контролировать все перетоки и не допускать наброса на наши мощности в такие моменты. Это худший вариант, потому что он дороже, чем договориться с соседями и выстроить правильную релейную схему, но зато это сделало бы нашу систему независимой от аварий вовне. Пресловутую передачу «Север-Юг» я тоже предлагал рассчитать на возможность перевода на постоянный ток. Это еще одна мера, которая может снизить вероятность аварии. Но этим тоже никто не занимается, потому что все живут так, как живут: прошло и пронесло. Более того, находятся люди, которые говорят: какие молодцы энергетики, наши справились с аварией. Но наши энергетики сначала допустили эту аварию, а потом справились с ней. Поэтому если каждый раз заметать проблемы под ковер, то в конце концов заведутся мыши, - резко высказывается о работе нацоператора электросетей Асет Наурызбаев.
Самое интересное, что вопрос о включении линий постоянного тока в систему «Север-Восток-Юг» уже не единожды обсуждался на уровне правительства, KEGOC включил эту стройку в свой план до 2032 года и даже предлагал этот проект как альтернативу строительству российских сетей в Кыргызстан через территорию Казахстана.
Было это еще при прошлом руководителе нацкомпании Каныше Молдабаеве. Его, кстати, сняли после блэкаута в Атырау. Потом, уже при Наби Айтжанове, в 2024 году была обнародована примерная стоимость строительства линии постоянного тока на 2 ГВт. Составила она более полутриллиона тенге.
Что с проектом сейчас – неизвестно, но в целом за 2026 год на инвестпроекты KEGOC планировал потратить 181,9 млрд тенге, в том числе – на реализацию проектов «Усиление электрической сети Южной зоны ЕЭС Казахстана» и «Объединение энергосистемы Западного Казахстана с ЕЭС Казахстана».
Кандидат технических наук, экономист Петр Своик тоже считает, что пришло время оценить работу казахстанских энергетиков беспристрастно.
- Система показала все слабости, которые только могла. Недостаток генерирующих мощностей, недостаток сетевых мощностей и раздробленную защитную автоматику, которая еще и не сработала, - комментирует он события 14 августа.
При этом он подчеркивает: общестрановой аварии и впрямь удалось избежать за счет правильно сработавшей автоматики линии Север-Восток-Юг.
- Но тут вот какое дело: защита энергосистемы через разделение, это номер два. А номер первый, это САОН – система автоматического ограничения нагрузки. Получается, что сначала подвела кыргызская САОН, перебросив беду на соседа, а потом и наша. Успей автоматика отрубить заранее внесенных в защитные списки крупных потребителей, все осталось бы целым, и никто ничего даже не заметил, - также «грешит» на входную систему Своик.
При этом проблема, по его мнению, не локальная, а региональная. И решать ее, как уверен Петр Своик, нужно сообща.
- Надо завязывать с «суверенизацией». Отдельно кыргызская, отдельно казахская, отдельно узбекская и таджикские САОН – это издевательство над профессионализмом и бомба под общую «в железе» энергосистему. Такое проходило в первые 10-15 лет после развала СССР, тогда благодаря обрушению нагрузок все республики оказались с профицитом мощностей и могли работать сами по себе. Теперь же по всему Югу Казахстана, Кыргызстану, Узбекистану и Таджикистану сплошной хронический дефицит, все работают без запаса на электростанциях и с перенапряжением соединительных линий, - объясняет он.
А для того, чтобы договариваться с соседями по Центральной Азии, как считает Петр Своик, необходимо усилить авторитет и полномочия министерства энергетики.
Особенно, как подчеркивает экономист, это важно в свете программы модернизации энергетического и коммунального секторов РК, а также многочисленных проектов строительства угольной генерации, газовой и всех остальных.
- Необходимо реорганизовать схему управления энергетикой. Создать отдельное министерство электроэнергетики и жилищно-коммунального хозяйства, с Комитетом по атомной энергии при нем. Передать в ведение Министерства энергетики и ЖКХ «Самрук-Энерго», КЕГОК и «Казатомпром», а также всю тарифную политику, включая тарифы на высоковольтные и распределительные сетевые передачи, а также тарифы на теплоснабжение, водоснабжение и водоотведение, - говорит он.
Пока же наши системы работают синхронно, но все равно никуда не могут деться от законов физики. Если в соседней стране резко исчезает генерация, электроэнергия начинает перетекать туда, где ее не хватает. Для линий нет понятия «это кыргызская авария, а это казахстанская».
Да и разбор – кто и что именно не успел, не захотел или передумал делать для того, чтобы впредь таких ситуаций не повторилось – не более чем рефлексия. При обилии ответственных за электричество в Казахстане – крайним как обычно может оказаться обычный сварщик.
