В Астане завершается судебный процесс над Ерболатом Жанабыловым и Эльмирой Толегеновой. Гособвинение требует каждому из супругов по 4 года колонии. Ulysmedia.kz попытался разобраться, почему дело о «билетах на курс» превратилось в уголовное преследование за отмывание денег, и почему топовые блогеры , чей успех в Instagram казался незыблемым, внезапно «потеряли голос».
Ерболат Жанабылов и Эльмира Толегенова - классический пример self-made блогеров в казахстанском сегменте. На двоих у пары более 15 миллионов подписчиков. Их контент - идеальная картинка: трое детей, люксовые авто, путешествия и бесконечный поток розыгрышей. Именно эти «гивы» (GIVEAWAY) и стали триггером для властей. Следствие утверждает: супруги организовали систему, где покупка «инфокурса» (стоимостью 30 тысяч тенге) фактически была покупкой лотерейного билета. На кону стояли квартиры, iPhone 16 и легковые автомобили. По версии прокуроров, это была незаконная лотерейная деятельность, а доход в размере 247,5 млн тенге - это преступный капитал, который «легализовали» через покупку Lamborghini и элитной недвижимости.
На суде Ерболат Жанабылов не сдерживал слез:
- Я частично признаю вину. Я признаю вину по 214-й статье, а по 218-й статье я не могу признать. На тот момент, когда был административный суд, нам не разъяснили, нам не говорили, что это неправильно, что это нарушение правил, нам ничего не говорили. Нам просто сказали: не подписывай, завтра будет уголовное дело. Хотя на тот момент, когда я был в Комитете по регулированию игорного бизнеса, мы готовы были подписать. Я не знал, что такое дело может так перерасти в уголовное.
Но дело впоследствии пошло по тяжким статьям УК.
Известный PR-специалист и медиа-менеджер Алишер Еликбаев считает, что государство осознанно использует «монополию на насилие», чтобы радикально изменить правила игры.
- Это настолько несправедливо и неправильно, что, на мой взгляд, они немножко “пережестили”. У государства есть монополия на насилие, и оно этим правом вдруг решило неожиданно вот так воспользоваться. У меня есть подозрение, что на начальном этапе еще можно было договориться. Но когда все вышло в публичное поле и было уделено слишком много внимания, они решили таким образом просто проучить рынок, - считает Еликбаев.
Он проводит прямую параллель с российскими кейсами, когда власти буквально объявили “охоту на ведьм”, одного за другим привлекая к ответственности известных блогеров. По мнению Алишера, сажать людей на 4 года за экономические проступки в сфере, которая годами не регулировалась - чрезмерная мера.
- Вы же понимаете, что происходит на территории России? Аяз Шабудинов, Блиновская, Лерчек... У нас почему-то ориентируются не на лучшие кейсы за границей, а вполне конкретно смотрят в одну сторону. Это сигнал рынку: "ребят, не выпендривайтесь, пожалуйста, иначе вас ждет то же самое". Если Жанабыловы решили судиться, показать "зубки" - давайте-ка мы их по полной программе зафигачим, чтобы другие не стали выпендриваться, когда к ним появятся вопросики.
Еликбаев также встал на защиту самого формата инфобизнеса:
- Нужно разделять: если это лотерейный билет - у государства монополия на это. Но все продавали курсы, это не было зашкваром, все в этом участвовали. Курсы по мобилографии дают заработок тысячам молодых ребят, курсы по маркетингу, пиару... В самом инфобизнесе ничего страшного нет. Просто сейчас прибежали и немножко притянули, что это была лотерея. Масштаб розыгрышей в десять машин шокировал всех, но это никогда не было чем-то таким, за что можно посадить на 4 года и конфисковать все имущество.
Главный вопрос, который звучит в кулуарах суда: почему именно Жанабыловы? В Казахстане уже были прецеденты наказания за аналогичные «гивы», но они заканчивались иначе:
Supermamasita (Алия Байтугаева): В 2020 году за аналогичные розыгрыши и нарушение правил лотерейной деятельности её привлекли к административной ответственности (штраф в размере около 800 тысяч тенге).
Другие блогеры: Нурбек Нуртаза и Дархан Жолшыбеков, которые признались в суде, что их курсы были идентичны курсам Жанабыловых, пока проходят по делу лишь свидетелями.
Именно этот переход от штрафа к реальному сроку заставляет правозащитников говорить об избирательном правосудии.
Диаметрально противоположной позиции Алишера Еликбаева придерживается правозащитница Айгуль Орынбек. Обладая многотысячной аудиторией, она выступает за максимальную жесткость, считая блогеров главными манипуляторами.
- Я ставлю таких блогеров в один ряд с организаторами финансовых пирамид. Наказание считаю справедливым, так как из-за действий подобных "инфоцыган" страдают тысячи казахстанцев, неграмотных в правовой сфере. Они несут последние деньги мошенникам в надежде на выигрыш, - утверждает Орынбек.
Юрист уверена, что закон о блогерах должен, наконец, заработать на практике: «Одного блогера накажут, а другие потом станут бояться».
Телеведущая и предприниматель Динара Сатжан, которая сама активно занимается инфобизнесом и продает авторские курсы, призывает к гуманности. Она подчеркивает разрыв между популярностью в Instagram и реальным пониманием бизнес-процессов.
- Они не бизнесмены, которые просчитывают риски. Они их просто не увидели. 4 года - это слишком. Они никого не убили. Считаю, что они могли ответить перед законом деньгами, штрафом, но не свободой, - говорит Сатжан.
Интересно, что при обсуждении этичности самих розыгрышей Динара предпочла воздержаться от оценок, ограничившись констатацией: «Раньше это не было запрещено, закон изменили год или два назад».
Резонанс дела Жанабыловых вызвал на рынке инфобизнеса не только дискуссии, но и волну «тишины». Редакция обратилась за комментариями к ряду топовых блогеров, чья деятельность напрямую связана с проведением розыгрышей, «гивов» и продажей курсов. Мы направили запросы Карине Оксукпаевой, которая вместе с супругом Арманом Юсуповым является одним из лидеров сегмента инфопродуктов, а также Айжан Байзаковой. Запросы были отправлены как лично в WhatsApp, так и по официальным номерам, указанным в их аккаунтах.
Аналогичный запрос был направлен Бейбиту Алибекову, однако он проигнорировал сообщения и отклонил звонки. На момент выхода материала ответов от вышеуказанных лиц не последовало. Такое коллективное молчание может свидетельствовать о том, что рынок замер в ожидании приговора, который станет определяющим для будущего всего Казнета.
