18 апреля в Венгрии должны объявить официальные результаты выборов, которые уже вошли в историю под определением «политическое землетрясение». 12 апреля рухнула шестнадцатилетняя крепость Виктора Орбана, выстроенная на смеси национализма, антибрюссельской риторики и прагматичных сделок с Россией.
На её месте – Петер Мадьяр, 45-летний экс-инсайдер «Фидес», который, словно блудный сын, вернулся, чтобы перестроить отчий дом. Что стояло за выборами в парламент Венгрии, какое наследство осталось новому, несомненно будущему премьеру, попытался понять Ulysmedia.kz.
Партия Мадьяра «Тиса» взяла 138 мандатов из 199 – конституционное большинство. Орбанс «Фидес» с 55 креслами и примерно 38% голосов ушёл в оппозицию, признав поражение «болезненным, но ясным». Даже американские союзники – Трамп и Вэнс – не смогли подпереть падающую башню.
Противостояние Орбана и Мадьяра – это не просто схватка двух политиков. Эта историяподобна титану Кроносу, о том, как система пожирает своих детей, а потом один из них встаёт и ломает её изнутри. На наш взгляд, здесь особо стоить подчеркнуть: люди проголосовали против человека, а не за конкретную идеологию.
Орбан строил «нелиберальную демократию», как средневековый замок: стены из пропаганды, рвы из коррупционных схем, флаги с гербом «Венгрия прежде всего».
Мадьяр, бывший соратник, увидел трещины и решил не латать, а снести. Он говорил с венграми на языке усталости: хватит жить в осаждённой крепости, пора открыть ворота Европе. И венгры услышали. Виктор Орбанвпервые за 16 лет вынужден уступить место, а его партия ФИДЕС‑ХДНП, набрав около 40% голосов, превращается из хозяина дома в громкого, но изгнанного соседа.
Даже приезд вице-президента США Джей Ди Вэнса за несколько дней до голосования и звонок Трампа на предвыборный митинг («Я люблю Виктора!») не помогли. Американские ковбои прискакали слишком поздно: венгры устали от коррупции, инфляции и ощущения, что страна превратилась в изгоя в собственном европейском доме. Трамп и Вэнс пытались сыграть на старой струне «анти-ЕС», но венгры предпочли не идеологию, а нормальную жизнь.
Между тем Трамп уже «включил заднюю», заявив, что его не беспокоит поражение Орбана, потому что он «сильно отставал», а «новый парень хорошо справится».
- Я думаю, новый парень хорошо справится –он хороший человек, – сказал Трамп и отметил, что будущий премьер раньше состоял в партии Орбана и имеет похожие взгляды на иммиграцию.
Впрочем, для Трампа, в зависимости от предпочтений, все парни хороши, том числе и Путин, и Ким Чен Ын.
Трамп добавил, что не знает, изменилось бы что-то, если бы вместо Вэнса в Венгрию на кампанию в поддержку Орбана поехал он сам.
- Он сильно отставал. Я не был так сильно вовлечён в этот раз. Хотя Виктор – хороший человек, – сказал президент США.
Мадьяр уже начал расчищать завалы. Вектор чёткий: перезагрузка с Европой. Вернуть замороженные миллиарды еврофондов, отвязать Венгрию от роли постоянного блокировщика европейских решений. восстановить независимость судов, бороться с олигархами, которые при Орбане чувствовали себя как рыбы в мутной воде.
Но завалы огромны. Нужно разгребать не просто бумаги – нужно ломать систему, где государственные тендеры шли «своим», где медиа были приручены, а оппозицию называли «иностранными агентами». Это как расчистка после пожара: дым ещё вьётся, а под пеплом –тлеющие головни старых схем.
Кстати, о бумагах на пожаре. Победившая на выборах венгерская оппозиция утверждает, что уходящий министр иностранных дел Венгрии Петер Сийярто и его дипломаты продолжают уничтожать важные документы в МИД. Для придания тексту иронии момента, отметим, что персона по фамилии Орбан все-таки войдет в новое правительство. Это будет Анита Орбан – будущая глава МИД Венгрии.
За комментарием по событиям мы обратились к политологу Алишеру Ильхамову, директору Central Asia Due Diligence (Лондон).
- Значение победы оппозиции на выборах в Венгрии выходит за рамки этой страны, поскольку меняет многое в Европе в целом, но даже за ее пределами. Прежде всего, эта победа стала ударом для Путина, но также и для Трампа. Оба делали ставку на Орбана, чтобы расколоть Европу и парализовать ее волю. Если для Путина важнее всего было то, что Орбан постоянно блокировал помощь Европы Украине, то для Трампа, чью позицию можно охарактеризовать как ультраправую, Европа является слишком левой (на самом деле, здесь доминирует правоцентристская политика, но по европейским стандартам), – считает политолог.
По его мнению, теперь оба лишаются важного рычага давления на Европу. Мадьяр, конечно, занимает проевропейскую и антироссийскую позицию. Сами предвыборные митинги в Венгрии прошли под антироссийскими лозунгами.
- Но я думаю, он, учитывая кризисную обстановку в сфере импорта нефти и газа, обусловленную блокадой Ормузского пролива, все же постарается строить отношения с Москвой в прагматическом духе, чтобы сохранить поставки нефти и газа из России. Одновременно он скорее всего снимет бойкот военной помощи Украине, – предполагает Ильхамов.
С точки зрения политолога, основное внимание Мадьяра будет сосредоточено на решении внутренних проблем и демонтаже наследия Орбана, чье правление сопровождалось коррупцией и кумовством в распределении ресурсов и государственных контрактов. Ему предстоит восстановить верховенство закона, которое было подорвано при Орбане. Это, помимо прочего, позволит разморозить 17 млрд долларов субсидий Евросоюза, которые были заморожены из-за политики Орбана. Но для этого Мадьяр должен будет продемонстрировать результаты венгерской перестройки.
Тем временем в речах Мадьяра уже слышны отголоски орбановского утилитаризма. Он обещает «прагматичные отношения с Россией». Не звонить Путину первым, но, если тот позвонит, трубку возьмёт. И прямо скажет: «Хватит убивать, четыре года уже прошло». Россия – «угроза безопасности», но российскую нефть и газ пока отменять не собирается: «Будем покупать самое дешёвое».
Эхо орбановской политики? Однозначно. Без этого никак. Венгрия – не остров, она зависит от российской энергии, как лодка от ветра в парусах. Это не означает тотального разрыва, но превращает Венгрию из «форсажного» партнера в «нейтрального участника движения», где главное – не досадить ни Москве, ни Брюсселю.
В нашем случае прагматизм – это не слабость, это компас, который Орбан когда-то настроил на восток, а Мадьяр перенастраивает на запад. Без него страна просто встанет на мель.
Тем временем для Путина это удар. Последний надёжный «союзник» в Европе – «мышка Путина» – потерян.
Поясним. Выражение родилось из венгерской басни, которую сам Орбан однажды рассказал российскому президенту: мышь освобождает льва из сети, потому что тот когда-то пощадил её. Орбан видел себя скромной мышкой, которая помогает большому льву. Оппоненты же превратили это в презрительную кличку: мелкий, но верный грызун, который пищит в унисон с Кремлём, пока остальные европейцы строят общую стену.
Теперь «мышка» ушла в оппозицию. Путин потерял не просто голос в ЕС – он потерял последнего европейского политика, который открыто называл его партнёром. Впрочем, остаётся еще премьер-министр Словакии Роберт Фицо, но это уже совсем другая история.
Тем не менее, может ли Орбан взять реванш? С 38-40% голосов – вполне. «Фидес» остаётся самой крупной оппозиционной силой. Это как спящий дракон: если Мадьяр споткнётся на расчистке завалов, если инфляция не уймётся, а Европа окажется слишком требовательной, дракон проснётся.
История учит: в Венгрии, как в старом театре, занавес никогда не падает окончательно. Орбан уже объявил, что остаётся в политике. Он будет ждать момента, когда новый режим начнёт хромать.
Примерно об этом говорит в комментарии для Ulysmedia.kz Фёдор Крашенинников, российский политолог и публицист, проживающий в Брюсселе.
- Следующие выборы в Венгрии через четыре года. Если за это время Мадьяр не наделает каких-то- ошибок, а Орбан останется на свободе, то, конечно, на следующих выборах он может попробовать и вернуть себе власть. Всё это происходит в рамках демократической процедуры, и то, что он набрал 40 процентов – это нормальная практика в парламентской демократии, – полагает эксперт.
Вместе с тем Венгрия сейчас – как старый парусник после шторма. Капитан сменился, курс проложен на запад, но в трюме ещё лежат старые лоции, а в парусе – дыры от прежних ветров. Мадьяр обещает привести корабль в европейскую гавань. Получится ли – покажет время. Но уже ясно одно: эпоха «мышки» закончилась. Начинается эпоха, где Венгрия хочет быть не грызуном под столом, а полноправным гостем за европейским столом.
- Что касается курса Мадьяра, думаю, он не сильно будет отличаться от курса Орбана, – считает Федор Крашенинников.
- Надо понимать, что Петер Мадьяр – это венгерский националист, просто менее коррумпированный. Это человек, который не будет дружить с Трампом, едва ли будет дружить с Путиным, при этом, скорее, сохранит довольно прохладные отношения с Украиной, ну а с Евросоюзом будет состоять в взаимовыгодных отношениях – это будет такая вполне себе умеренная проевропейская политика, но без фанатизма, – допускает политолог.
- Воспринимать Мадьяра как радикального «анти-Орбана» я бы не стал, он пришёл во власть как «улучшенная модель» Орбана, без коррупции, без негативного бэкграунда, но вполне с патриотической консервативно-националистической программой. Поэтому каких-то особых радикальных изменений я не жду. Разве что кроме меньшего ажиотажа по поводу Трампа и Путина, и меньших скандалов с Украиной, – размышляет Крашенинников.
Но тут, по его словам, многое зависит от украинской стороны, потому что если украинские власти не пойдут навстречу венгерским властям по поводу венгерского меньшинства в Украине, то обретут нового противника, потому что он не может свернуть с курса Орбана, так как тогда потеряет поддержку правого консервативного электората.
Перед Мадьяром встает не просто «перезагрузка», а демонтаж конструкции, а значит, его первые месяцы пройдут как «время перестройки»: попытки сгладить трения с Брюсселем, но без революции, которая может обрушить весь дом.
Новое правительство Венгрии уже планирует внести в Конституцию поправки, запрещающие занимать должность премьер-министра больше двух сроков (явный намек на Орбана).
- Мы установим ограничение в два срока, что в Венгрии будет означать восемь лет на посту премьера… Исключений не будет ни для кого, в том числе для меня, – сказал лидер победившей на парламентских выборах партии «Тиса» Петер Мадьяр.
По словам Мадьяра, поправки нужны «в целях укрепления демократии». При этом онподчеркнул, что для глобальных изменений в Венгрии также потребуется избавиться от «марионеток системы», к которым среди прочих он относит президента Тамаша Шуйока. Мадьяр вновь призвал его уйти в отставку, отметив, что «за это проголосовали граждане страны».
А как же Казахстан? Здесь отношения, по нашему мнению, конечно же, не рухнут, а просто перейдут из режима «личной дружбы Орбана» в режим прагматичного партнёрства.
Обе страны – в Организации тюркских государств (Венгрия – наблюдатель). Орбан активно играл на тюркской карте: принимал саммиты в Будапеште, говорил о «гуннских корнях», мостил путь между Центральной Азией и ЕС.
Мадьяр, судя по всему, не собирается выходить из ОТГ – это было бы глупо. Геополитические и экономические плюсы никуда не делись: торговля, логистика, инвестиции. Просто акценты сместятся. Меньше этнической идеологии («Мы – потомки Аттилы»), больше бизнеса и европейского вектора. Казахстан, как и другие страны региона, пока осторожно молчит – ждёт, пока новый капитан покажет, как поведёт корабль. Но мост останется: Венгрия по-прежнему удобный вход в ЕС для центрально-азиатского бизнеса.
Прошедшие выборы в Венгрии – это момент, когда хозяин замка потерял ключи от главной комнаты, а новый претендент входит в дом с метлой, химреактивами и проектом реконструкции. Мадьяр, судя по его действиям, станет тем, кто будет разгребать завалы, но, представляется, не сможет полностью стереть отпечатки прошлого хозяина.
- Премьер переиграл сам себя, лепя образ их (США и России. - М.Д.) особого партнера. Для избирателей европейская составляющая национальной идентичности оказалась чрезвычайно важна, и выполнять в интересах американцев и русских роль фомки для взлома европейской системы безопасности венгры посчитали и унизительным, и противоестественным. Кому понравится, когда вместо гордой мифической птицы Турул –символа Венгрии – с подачи премьера становится услужливая мышь, пытающаяся угодить чужакам. Построивший свою карьеру на сугубом национализме, Виктор Орбан в итоге укусил себя за хвост.
От себя же добавим, поскольку сейчас Петер Мадьяр находится в приподнятом настроении, не исключено, что он 18 апреля может посетить концерт – мировую премьеру с участием Димаша Кудайбергена в Будапеште. Вместе с ним на одной сцене выступят легендарный Пласидо Доминго и виолончелист Степан Хаузер. Ну или Виктор Орбан тоже может прийти послушать классиков, скрасив на время горечь поражения.