В Министерстве труда и социальной защиты населения Казахстана не дали прямого и понятного ответа на вопрос, могут ли женщины сохранить выплату по уходу за ребенком до полутора лет, если выходят на работу раньше срока - хотя бы на полставки или подработку с небольшой зарплатой. Этот вопрос прозвучал на брифинге в СЦК в адрес вице-министра труда и социальной защиты населения РК Бахтияра Жазыкпаева. Журналист Ulysmedia.kz спросил, не считает ли министерство слишком жесткой норму, при которой родитель фактически рискует потерять выплату по уходу за ребенком, если возобновляет трудовую деятельность, и готово ли ведомство смягчить этот подход. Но четкого ответа не последовало.
Сначала вице-министр ограничился общей фразой:
- Мамы в правовой форме, в принципе, получают и имеют право получать эти пособия.
После уточняющего вопроса: считает ли министерство такую меру справедливой или слишком жесткой для молодых матерей - Жазыкпаев сам отвечать не стал и передал слово сотруднице ведомства в зале.
За него ответила директор департамента министерства Данара Кайрула.
- На сегодняшний день, если выплата назначается, то она не прекращается на основании того, что она вышла на работу. Более подробно, если есть такие примеры, мы можем ответить письменно, - сообщила она.
Однако эта фраза вызвала больше вопросов, чем ответов. Потому что ранее в Государственном фонде социального страхования разъясняли совсем другие правила. Там указывали, что выплата по уходу за ребенком до полутора лет назначается на случай утраты дохода в период ухода за ребенком. И если мама выходит на работу, она перестает соответствовать условиям назначения этой выплаты. Более того, получатель обязан сам сообщить о выходе на работу в течение 10 рабочих дней, иначе у государства появляется право потребовать возврат сумм, полученных излишне.
Иными словами, до брифинга государственная позиция выглядела так: вышла на работу - потеряла право на выплату. После брифинга позиция Минтруда вдруг прозвучала иначе: если выплата уже назначена, то сам по себе выход на работу не является основанием для ее прекращения. Что из этого правда, кто именно должен разъяснить норму и по каким правилам сегодня живут молодые матери, после публичного выступления министерства яснее не стало.
Фактически сама норма подталкивает женщин искать неофициальные способы заработка. Молодые мамы оказываются перед непростым выбором: либо потерять декретные выплаты и получать «белую зарплату», либо подрабатывать «в тени», получая деньги в конверте, сохранив при этом пособия. Зачастую они не покрывают даже базовые расходы - от продуктов до элементарных вещей вроде подгузников. В такой ситуации вопрос подработки становится не выбором, а необходимостью.
История с декретными выплатами в Казахстане давно перестала быть тихой социальной темой. Каждый раз, когда государство меняло правила, именно женщины потом были вынуждены неделями и месяцами доказывать, что не просят ничего лишнего - только свои законные деньги. Так было еще в 2013 году, когда власти ограничили размер декретных выплат для женщин с доходом выше определенного порога. Тогда в Алматы и Астане беременные женщины выходили на акции протеста, возмущаясь тем, что при официальной высокой зарплате и честных отчислениях государство фактически «уравняло» всех и резко снизило сумму выплат. В ответ чиновники объясняли изменения борьбой с махинациями и «фиктивными доходами».
Похожая история повторилась в 2021 году, но уже с журналистками частных СМИ. Во время пандемии государство освободило частные медиа от части обязательных социальных платежей, чтобы поддержать отрасль в локдаун. Позже оказалось, что именно из-за этого многим сотрудницам СМИ урезали декретные выплаты примерно на треть. Женщины заявили, что потеряли сотни тысяч тенге не по своей вине, а из-за решений государства и работодателей. Тогда журналистки писали обращения в госорганы, выходили на пикеты и митинги, пытались добиться встреч с чиновниками и публично поднимали тему в медиа.
Им обещали решить вопрос сначала за несколько месяцев, потом - до конца первого квартала 2022 года, потом - до конца 2022-го. Но на деле женщины месяцами слышали одно и то же: «подождите», «вопрос решается», «нужны правила», «идет работа». Даже после того как в 2022 году президент подписал закон, который должен был устранить проблему, женщины жаловались, что перерасчета так и нет, а министерство снова затягивает процесс. Одни бегали по ЦОНам, другие писали письма в ГФСС, Минтруда и другие ведомства, третьи опасались, что перерасчет сделают только тем, кто громче всех добивался справедливости.
По сути, за последние годы в Казахстане уже сложилась устойчивая и неприятная картина: когда речь заходит о декретных, женщины сначала сталкиваются с ограничением или урезанием, потом месяцами добиваются разъяснений, а после этого еще и вынуждены выбивать то, что им и так положено.
На этом фоне ответ Минтруда на нынешнем брифинге выглядит не как обычная бюрократическая неловкость, а как продолжение старой истории, в которой ведомство снова не может внятно объяснить базовую вещь: имеет ли право мать работать и при этом не лишаться поддержки, назначеннойгосударством на период ухода за ребенком. Складывается ощущение, что, когда дело касается выплат, чиновники говорят много, но очень туманно.