Правительство Казахстана приняло программу развития животноводства на 2026 – 2030 годы. Она, при беглом просмотре, мало отличается от тех, что были раньше, но в очередной раз нам пообещали изобилие и приятные цены на отечественных мясных прилавках и тысячи тонн мяса на экспорт. Суждено ли сбыться планам правительства хотя бы в этот раз? И что надо делать, чтобы мясо в Казахстане хотя бы просто было, Ulysmedia.kz объяснял доктор экономических наук, эксперт по развитию АПК Толеутай Рахимбеков.
Помните, осенью, в своем Послании народу, Касым-Жомарт Токаев назвал ситуацию на продовольственном рынке постыдной? И поручил чиновникам профильных ведомств решить проблему заоблачных цен на вполне себе заурядные продукты, типа говядины или картофеля? И в министерстве сельского хозяйства и торговли с интеграцией пытались это сделать. Путем расширения списка социально-значимых товаров, запрета на экспорт самых «болезненных» продуктов.
А теперь – нам презентовали еще и Комплексный план развития животноводства, согласно которому, производство мяса, а также поголовье крупно и мелко рогатого скота в Казахстане вырастет примерно на 50%.
На это планируется тратить:
* 300 млрд в год – на льготные кредиты для приобретения племенного скота;
* 50 млрд тенге – на кредиты для развития отгонного животноводства; столько же – на кредитование покупки кормозаготовительной техники;
* 225 млрд за 4 года планируется направить на кредиты для пополнения оборотных средств.
Также, как заверили в аграрном ведомстве, новый план создаст комфортные условия труда для пастухов и чабанов, решит вопросы ветеринарии и откроет казахстанскому мясу новые рынки сбыта.
И все в презентации, вроде бы, правильно и по делу, одна беда – нечто похожее уже несколько раз запускалось в Казахстане.
Мы не станем сейчас перечислять все программы развития животноводства, принятые в нашей стране ранее, тем более что, все они, как признал Кабмин, не смогли до конца раскрыть богатый потенциал животноводства Казахстана.
Но что же постоянно мешает раскрыться этому потенциалу? Почему вопреки миллиардам, которые вкладываются в животноводство, мы видим, что цены на мясо и молоко в Казахстане лишь растут?
Доктор экономических наук Толеутай Рахимбеков полагает, что одна из причин постоянного роста цен – это как раз те самые многомиллиардные вливания льготных кредитов в животноводство.
- Это ведь закон рынка: если в отрасль приходит много денег, на эти деньги тут же появляется спрос, главная реакция на который – удорожание. Тех же племенных бычков, той же техники, тех же семян кормовых и даже элементарно – сена, - говорит он.
Эксперт уверен, для того, чтобы животноводство было выгодным, государство должно выстраивать систему, а не «заливать» все льготными кредитами.
- Я уже много лет предлагаю – сделать в нескольких районах Казахстана пилотный проект кооперации ЛПХ. Именно такая система способна дать устойчивый рост. И она применяется в других странах – в США, в Германии. У человека может быть небольшое собственное хозяйство, но он кооперируется с соседями, они вместе покупают технику кормозаготовительную, вместе организуют пастбища и сбыт и так далее. Мы даже в 2008 году в «КазАгроИнновации» совместно со Всемирным банком разработали такой пилотный проект, который бы помог возродить нашу Казахскую белоголовую породу КРС на базе кооперации. Предполагалось софинансирование проекта от Всемирного банка и нашего правительства, но госорган отказался от его реализации, решили идти по пути выдачи льготных кредитов, - вспоминает Толеутай Рахимбеков.
Он напоминает: 90% мяса, которое покупают граждане Казахстана – это частные подворья и мелкие фермерские хозяйства. И они просто не могут участвовать в программах льготного кредитования, предлагаемых государством.
- Кредит – это хорошо. Но где сельчанин возьмет залог? Чтобы получить 10 миллионов тенге, ему нужен залог на 20 миллионов. Самый дорогой актив большинства сельчан – дом, который стоит 3-5 миллионов. Ну, может, в каком-то благополучном райцентре – до 15 миллионов. Но этого все равно мало, чтобы получить кредит на развитие. Тот же трактор стоит 5 миллионов тенге, плюс сенокосилка, пресс-подборщик и так далее – только на организацию заготовки сена, получается, надо миллионов 10 – 15. Что сельчанину поставить в залог на такой кредит, – объясняет, что не так с кредитами экономист.
Но, даже, если заем получится оформить, у сельчанина появляются новые проблемы.
- Кто привезет ему скот по адекватной цене? Кто обеспечит ветеринарию? Кто поможет с кормозаготовкой? Кто будет обучать людей? Ведь скот болеет, нуждается в расширении рациона для повышения продуктивности. С производством кормов тоже – один год нужны одни удобрения и пестициды, потому что он засушливый, в другой – другие, потому что дожди. Допустим, и это преодолел человек как-то. А дальше что? Кто будет продавать выращенное? Он сам? Когда? И эти вопросы я всякий раз задавал нашим представителям Минсельхоза и крупного бизнеса, а у них ответы из разряда «ЛПХ не эффективны, надо развивать крупный бизнес». Но, тем не менее, именно ЛПХ до сих пор кормит всех, - говорит Рахимбеков.
Именно годами накопленными проблемами частников эксперт объясняет и рост цен, который случился осенью 2025 года.
- Этот рост цен я прогнозировал гораздо раньше, еще в 2021 году. Тогда, если вспомните, была сильная засуха, сено подорожало вдвое, до 20 – 25 тысяч тенге за тонну. В 2023 году случилась еще одна более масштабная засуха - сено подорожало до 75 – 80 тысяч, а местами и по 120 тысяч тенге за тонну продавали. И с тех пор эта цена и зафиксировалась. Крупные хозяйства имеют технику, могут себе накосить сами сена, а у частников техники нет, они покупают вот по этим ценам. А теперь сами считайте: одна корова за зиму съедает 5 тонн сена. По нынешним ценам – это почти 500 тысяч тенге. Забойный вес – 170 килограммов. Разделите стоимость сена на этот вес, вот и получается, что только по кормам себестоимость выходит 3000 тенге/килограмм. А корма занимают до 70% в себестоимости, плюс мясо надо в город привезти, продавец свою наценку возьмет – вот и выходит, что реальная цена мяса сейчас – минимум 6000 тенге за килограмм, - считает Толеутай Рахимбеков.
И то, что сейчас на рынке говядина стоит дешевле, это лишь временное явление – люди режут скот, который стало совсем невыгодно кормить. Когда он закончится, цена на мясо взлетит с новой силой.
На вопрос – а что же делать, чтобы мясо все же не исчезло с казахстанских прилавков и стоило дешевле, чем крыло самолета, Толеутай Рахимбеков отвечает просто: надо вернуться к идее кооперации частников.
- У нас 100 миллионов гектаров земель сельхозназначения выведены в запас и не используются. При этом люди в селах говорят: «Нет пастбищ». Почему? Потому что скот крестьянских хозяйств пасется там же, где должен пастись скот ЛПХ. Чтобы вывести его за пределы сёл, нужны колодцы, и другая инфраструктура отгонного животноводства. Те же оборудованные базы для проживания. В одиночку крестьянин это не потянет. Только через кооперацию, - убеждён эксперт.
По его словам, именно кооперация способна решить сразу несколько проблем – от кормов до кадров.
- Один колодец стоит 10–15 миллионов тенге. Одному фермеру, даже если у него есть, к примеру, 20 коров и 200 барашков, такой проект не потянуть. Но вокруг одного колодца могут пастись 1200 овец. И на пятерых – шестерых такие деньги можно найти. И вложения окупятся. Та же схема с кормозаготовительной техникой – если ее купить на 5 – 6 человек, это не так накладно. И она окупится, а люди решат главную проблему – заготовку сена, - объясняет он.
При кооперации, как уверен Толеутай Рахимбеков, цена на говядину уже через год может снизиться до 2500 тенге за килограмм.
- Себестоимость сена, если есть кормозаготовительная техника – все те же 20 тысяч тенге, по которой сельчане его покупали 5 лет назад. Получается, что прокормить одного бычка – 100 тысяч. Или 600 тенге за килограмм. Плюс 30% - все остальное – 900, ну пусть 1000 тенге – цена продажи тушей. Плюс наценка за транспортировку и розничного продавца - еще 1000 тенге. Итого – 2000. Но, допустим, сельскому жителю либо прибыли больше останется, либо на выплату тех же кредитов потратит, еще 500 тенге на килограмм. Итого – 2500 за кило, – говорит он.
Но для этого, подчеркивает экономист, государству придётся отказаться от привычной схемы «раздать кредиты» и заняться реальным реформированием отрасли.
Пока же стремления отказаться от старых методов в пользу новых не видно.
Так, в качестве основного метода борьбы с ценами на мясо, осенью был выбран запрет на его экспорт. Недавно запрет был продлен. Но, как уверяют животноводы, это только убивает отрасль, потому что ни один инвестор не готов вкладываться в животноводство, зная, что его регулирует не рынок, а исключительно решения чиновников.
