Казахстанцы продолжают изучать доходы казахстанских политических служащих и топ-менеджеров нацкомпаний: с 2025 года они обязаны публично отчитываться о том, на что живут и какую прибыль получают. Но из-за особенностей отечественной публичности, декларации стали скорее фикцией, нежели реальной демонстрацией открытости власти обществу, считают многие граждане. Ulysmedia.kz разбирался, почему миллиарды жены Досаева могут быть в реальности меньше миллионов Нурлана Жакупова, а также искал ответ на вопрос, что в целом не так с публичным декларированием в Казахстане.
В последние дни у казахстанских журналистов появилась новая забава: искать по сайтам госорганов и квазигоскомпаний декларации первых, а также вторых и третьих руководителей. Рано или поздно эти поиски венчаются успехом, но в то же время иногда складывается впечатление, что кто-то очень старался оградить декларантов от излишнего внимания прессы.
Ответственность за размещение деклараций лежит на сотрудниках отделов кадров компаний. Но даже среди министерств нет единого подхода к размещению этих ценных сведений.
Большинство ведомств выгрузили информацию о доходах сотрудников в раздел «Декларация», что, в принципе, логично, а министерство нацэкономики – в раздел «Информация». Что тоже, вроде бы логично.
Депутаты разметили свои декларации на личных страницах, Аппарат президента – дал сведения общим PDF-файлом, как и ряд квазигоскомпаний.
Ulysmedia спросил у Агентства по делам госслужбы РК, которое должно контролировать процесс финансовой гласности, что будет, если тот или иной декларант сменит место работы? Как и где искать его декларацию интересующимся финансовыми успехами того или иного политика?
- Кадровые службы по текущему месту работы лица размещают сведения на официальных интернет-ресурсах. При этом, ответственность за корректность предоставленных сведений несет лицо, на которого законодательно возложена обязанность по публикации сведений. При смене работы должностного лица с сохранением обязанности по публикации сведений из деклараций, данные сведения подлежат повторному размещению на интернет-ресурсе нового работодателя, - попытались объяснить в АДГС.
С учетом того, как часто наш истэблишмент меняет работу, даже стало немного жалко кадровиков различных ведомств.
Но самое главное в другом – сведения из деклараций казахстанских политиков по большей части абсолютно бесполезны.
Во всех декларациях стоит ремарка: «Сведения о доходах, подлежащих налогообложению физического лица самостоятельно». То есть, это не зарплата, не депозит в казахстанском банке, и даже не доход зарегистрированной на человека компании. Нет, это его личные доходы. Возможно – от сдачи в аренду бабушкиной квартиры, возможно – доход от купли-продажи акций через IPO или даже выигрыш в казино.
Но на чем именно зарабатывает порядка 200 млн тенге ежегодно глава ФНБ «Самрук-Казына» Нурлан Жакупов или заработала в 2024 году более 2 млрд тенге жена заместителя руководителя АП Ерболата Досаева – мы никогда доподлинно не узнаем.
А в мире, между тем, люди по декларациям политиков учатся зарабатывать.
К примеру, благодаря подробной декларации Дональда Трампа, рядовые американцы и жители других стран узнали, что можно зарабатывать по 10 млн долларов в год на продукции с собственным фото. Тут, конечно, надо быть столь же популярной персоной, как Дональд Трамп, но каков потенциал бизнес-идеи!
Как поясняла ранее пресс-служба министерства национальной экономики, 88 млн тенге жена Серика Жумангарина заработала на инвестициях. Но самого интересного – куда деньги нести, чтобы заработать столько же, при этом снова не сообщается.
Конечно, от казахстанских политиков никто не ждал столь же подробных отчетов, как от Дональда Трампа, но все же общество рассчитывало на большую открытость.
Тем более, что примеры такой открытости есть не где-то далеко, а фактически рядом – в Евразийском экономическом союзе.
Одну из самых удобных для общественного контроля схем публичного декларирования внедрила Армения.
Во-первых, все декларации собраны на отдельном сайте, который курирует Комиссия по предотвращению коррупции.
Во-вторых, в документах расписано буквально все: какое имущество есть у декларанта и когда оно было приобретено, сколько человек заработал за год и каким образом, сколько потратил, какие налоги платил и какими налоговыми льготами пользовался, сколько было на счетах на начало года и к его окончанию. В общем, максимально подробная информацию по каждому государственному служащему страны и его родственникам.
Чего-то похожего ждали и казахстанские общественники. Точнее, изначально было известно, что в декларациях не будет отображаться сумма заработка на основной работе, а также движение средств по депозитам, но имущество нам все же обещали показать, еще в середине 2025 года.
Но согласно приказу Агентства по делам государственной службы от 27 декабря 2025 года, перечень сведений для открытого доступа был ограничен общей суммой задекларированных самостоятельно доходов.
Как считает экономист, эксперт по госфинансам, руководитель организации Integrity Astana Жанат Нургалиев, столь малоинформативные декларации – попытка властей сбить интерес к теме.
Жанат Нургалиев, фото спикера
- Похожая схема у нас применяется и в государственном бюджете: нам показывают общие цифры, но нет детализации. Но если бы была детализация каждого потраченного миллиарда, то люди бы понимали, что на этот условный миллиард у них перед домом, к примеру, сквер должен был бы появиться, а его нет. И задавали бы вопросы. А так –никто ничего не понимает и вопросов, следовательно, не задает, - говорит Жанат Нургалиев.
По его мнению, вопрос публичных деклараций нельзя рассматривать в отрыве от темы всеобщего декларирования, которое, кстати, в Казахстане тоже было отменено, так как все наши расходы и так видны контролирующим органам через банковские приложения.
Но активисты по борьбе с коррупцией еще в момент обсуждения этой нормы заявляли: простым гражданам скрывать нечего и «галочки», где требуется, проставить несложно. А вот многочисленные водители, помощники и прочие близкие к истэблишменту физически, но не связанные с ним кровными узами, вряд ли смогут объяснить появление у себя в декларации дорогой машины или квартиры.
Но самое главное, декларации о доходах не могут рассматриваться без декларации о расходах власть имущих.
- Ранее, вместе с публичным декларированием доходов, рассматривался вопрос введения уголовной ответственности за незаконное обогащение. И это был один из самых принципиальных моментов: если политический служащий не может доказать свои расходы своими доходами, он должен за это отвечать. В итоге, норму написали так, что ответственность за незаконное обогащение предусмотрена только административная – штраф, - объясняет Жанат Нургалиев.
Как итог – эксперт считает всю работу по общественному контролю за финансами высокопоставленных чиновников и топ-менеджеров квазигоссектора если и не проваленной, то явно и не самой успешной.
Мы, вроде, и можем рассматривать доходы властей под микроскопом, но линзы этого оптического устройства сильно затертые, и чтобы через них что-то увидеть, надо очень постараться.
Член общественной палаты при мажилисе, руководитель GR практики консалтинговой компании Markets Mentor, Наталья Малярчук признает, что до ввода этого приказа АДГС наделялась на большую информативность деклараций госслужащих. Но, тем не менее, эксперт смотрит в будущее с позитивом.
Наталья Малярчук, фото пресс-службы Мажилиса
- Категорично утверждать, что инициатива провалена я бы не стала. Следует отметить, что процесс открытости был инициирован, что является существенным шагом вперед. На протяжении 33 лет подобный уровень публичности со стороны государственных органов оставался недостижимым, - напоминает Наталья Малярчук.
Казахстан пошел по пути европейских демократий, которые тоже публикуют «урезанные» декларации о доходах политиков.
Эксперт напоминает, что государственные и политические служащие – такие же граждане Казахстана, как и все остальные, поэтому имеют право на некую приватность частной жизни.
- То, что общество хочет большей открытости – тоже отлично. Это говорит о растущем уровне гражданской активности и сопричастности в происходящих процессах. Значит стоит продолжать диалог с властью, и добиваться большей прозрачности, - говорит она.
При этом Наталья Малярчук подчеркивает: основной целью декларирования является противодействие коррупции в государственных структурах, а не публичная дискредитация отдельных должностных лиц. Также она предполагает, что по итогам 2025 года декларации урезали специально, чтобы не провоцировать к казахстанским политикам нездоровый интерес.
- Полагаю, что постепенно сформируются критерии и формат отчетности, которая должна публиковаться и декларации будут шире, - резюмирует Наталья Малярчук.
Но для этого, как подчеркивает Малрчук, общество должно продолжать коструктивно настаивать на расширении публичных сведений, а не просто смаковать суммы, задекларированные супругами государственных топ-менеджеров.
Они, кстати, как выяснилось, зачастую приносят семье гораздо больше денег, чем их мужья-министры. Ранее мы рассказывали, на чем именно зарабатывают успешные дамы.