Они построили ползавода, но остались должны. Их должник назвался инвестором и получил защиту госорганов, а сам тем временем с помощью хитроумных схем вывел деньги, выделенные из казахстанского бюджета, в необъятные просторы соседней России. А четыре тысячи казахстанцев до сих пор не могут получить свои кровные - просто потому, что чей-то офшор оказался важнее чужих детей и чужого хлеба.
Разобраться в хитросплетениях судебных решений, прокурорских постановлений без подписей, а также финансовых схемах, которые превратили стратегический индустриальный проект в долговую яму для подрядчика, взялся корреспондент Ulysmedia.kz.
Когда в ноябре 2025 года прокурор района имени Казыбек би Арман Касым накладывал арест на расчетный счет частного судебного исполнителя Ирины Ли, он, должно быть, чувствовал себя, если не провидцем, то уж точно человеком, заглянувшим за горизонт событий.
В документе, который он собственноручно завизировал, значилось основание, достойное пера фантаста: «в рамках уголовного дела». Вот только неувязочка вышла - самого уголовного дела на тот момент в природе не существовало. Оно появилось спустя пять часов после росчерка прокурорского пера.
Этот факт, зафиксированный в материалах ТОО «СМУ-5» и не оспоренный никем из надзорного ведомства, мог бы стать сюжетом для абсурдистской пьесы в театре одного актера, если бы не одно прозаическое, но трагичное обстоятельство. На счету ЧСИ, который посмел исполнять свои прямые обязанности и пытался взыскать долг с ТОО «Qaragandy Power Silicon» (для краткости — QPS), зависли живые деньги. Деньги по четырем тысячам исполнительных производств. Зарплаты, которых заждались работяги. Алименты, которых ждут дети. Штрафы, которых не досчиталась казна. Все это оказалось замороженным - ради защиты абстрактного «инвестора», который, судя по вскрывшимся обстоятельствам, инвестором не является, но очень хочет им казаться.
К слову, ТОО «СМУ-5» - это не какая-то однодневка, возникшая из пыли карагандинских дорог. Это компания с тридцатилетней историей, построившая в области более пятидесяти крупных объектов, четырнадцать из которых возводились по заказу государства. Здесь работали почти двести человек. Здесь была своя производственная база, техника, инженерный состав, которому не надо было объяснять, с какой стороны держать мастерок. Сегодня компания стоит на пороге банкротства. Сотрудники разбрелись кто куда. Субподрядчики, выполнившие работы и оставшиеся без денег, стучат в двери, за которыми уже никого нет.
А в высшем надзорном органе тем временем осваивают новую математику. Как за три дня приостановить вступившее в законную силу решение суда, даже не открыв материалов дела? Как отвечать на жалобы, отправляя их тому самому прокурору, на которого эта жалоба и написана? И главное - как смотреть в глаза людям, объясняя, что чей-то кипрский офшор важнее их законного права на собственные деньги?
Чтобы понять, как участники этой почти детективной истории дошли до жизни такой, придется нырнуть в историю, которая началась задолго до того, как первый ковш экскаватора начал вгрызаться в карагандинскую землю.
Вернемся в 2020 год. Именно тогда в республиканском информационном поле появилось расследование, от которого у действующих инвесторов СЭЗ «Сарыарка» полезли глаза на лоб. Они в панике начали строчить письма президенту и акиму области: мол, не дайте пропасть, остановите безумие! Частная компания ТОО «КЗКС» (будущий QPS) собирается получить кредит в Банке Развития Казахстана, а в залог хочет отдать государственное имущество - инфраструктуру СЭЗ, построенную на бюджетные деньги. Инвесторы предупреждали: проект обречен на провал, схема приведет к тому, что госактивыуплывут в частные руки, а действующие производства станут неконкурентоспособными.
Их не послушали. Учредителями той самой компании значились немецкая и нидерландская фирмы, конечные бенефициары которых прятались в тенистых закоулках Кипра и Швейцарии. В числе совладельцев назывались лица, близкие к бывшему министру энергетики Владимиру Школьнику. К 2025 году бенефициарная структура, согласно материалам, собранным руководством СМУ-5, обрела более четкие очертания. Ключевая фигура - гражданин Российской Федерации, некий Иванов Е.В. Человек, который, судя по документам, контролировал все: и заказчика (нидерландскую Kolmet B.V., владеющую QPS), и поставщика (российское ООО «СЧПЗ Трейд»), и даже компанию Dala Mining Group, которая имела лицензию на добычу марганцевой руды, но, по данным руководства СМУ-5, никогда ее не добывала.
- Господин Иванов выстроил классическую схему «кукольного театра», где он сам себе заказчик, сам себе поставщик, сам себе контролер. Можно перегонять деньги из одной своей структуры в другую, создавать виртуальные долги и в итоге оставить подрядчика с пустым карманом. Мы оказались просто транзитным звеном для вывода бюджетных средств. Красиво, ничего не скажешь, - говорит юрист ТОО «СМУ-5» Ольга Дацюк.
В мае 2022 года между QPS и СМУ-5 был заключен договор подряда на строительство первой очереди завода кремнистых сплавов. Сумма контракта впечатляла - более пятнадцати миллиардов тенге. Работы закипели, объект рос на глазах. В апреле 2023-го стороны подписали еще один договор - на монтаж оборудования. QPS перечислило СМУ-5 аванс в размере почти двух миллиардов девятисот миллионов тенге. Деньги, как потом выяснится, кредитные, полученные от Банка Развития Казахстана под проект, который инвесторы СЭЗ называли обреченным.
СМУ-5, по настоянию заказчика, перечислило эти деньги - два миллиарда шестьсот восемьдесят миллионов - российской фирме «СЧПЗ Трейд» за поставку материалов и вспомогательного оборудования. Логика железная: оборудование нужно для стройки, стройка нужна для завода, завод нужен для QPS.
- Мы подписали контракты с «СЧПЗ Трейд» 17 июля 2023 года, - вспоминает Ольга Дацюк.
- Это были две сделки: на материалы и на оборудование. Перечислили аванс. И тишина. Месяц, второй. На наши запросы - молчание, а потом лаконичное: обязательства исполнять не будем. Как вам такое?
В мае 2024 года договоры поставки расторгаются. У СМУ-5 на руках уведомление о долге российской компании в размере двух миллиардов шестисот восьмидесяти миллионов тенге. Деньги ушли в Россию, оборудование не пришло. И тут на сцене появляется спасительная сделка - соглашение об уступке права требования, подписанное 4 мая 2024 года между QPS, СМУ-5 и ООО «СЧПЗ Трейд».
А дальше начинается чистая алхимия. Согласно этому документу, происходит виртуозный взаимозачет. «СЧПЗ Трейд» остается должно СМУ-5 те самые 2 млрд 680 млн тенге. QPS должно «СЧПЗ Трейд» 5 млрд 200 млн - за марганцевую руду, которую никто не добывал. СМУ-5 должно QPS один миллиард семьсот семьдесят миллионов - остаток неотработанного аванса. В результате сложных манипуляций «СЧПЗ Трейд» уступает СМУ-5 право требования долга к QPS на ту самую сумму. Долг СМУ-5 перед QPS аннулируется. Итог: QPS должен СМУ-5 около 900 млн тенге.
Но это, как выяснилось, лишь малая толика того, что QPS реально должна строителям.
- Вы понимаете, в чем соль, - спрашивает Ольга Дацюк.
- Иванов, контролируя обе компании, перекинул долг за не поставленное оборудование с одной своей структуры на другую. Кредитные деньги БРК, которые должны были пойти на строительство завода в Казахстане, ушли в Россию и, видимо, благополучно там освоились. А мы - подрядчик, оказались виноватыми. Но главный долг QPS перед нами - за реально выполненные строительно-монтажные работы, которые мы сделали, но которые не оплачены, - остался висеть в воздухе. Там речь идет о сумме более 3 млрд 200 млн тенге.
Как утверждает представитель ТОО «СМУ-5», строительство завода тем временем шло своим чередом. Подрядчик выполнил работы по актам, согласно разделительной ведомости, на сумму 15 млрд 46 млн тенге. Акты на 13 млрд 300 млн были подписаны и оплачены. А вот акты на 2 млрд 756 млн и материалы на 454 млн - нет. Заказчик отказался их принимать, хотя объект, построенный в том числе и этими неоплаченными руками, был благополучно введен в эксплуатацию. Декларация о соответствии, подписанная при вводе, четко и недвусмысленно указывала, какие работы и кем выполнены. Там значилось СМУ-5.
В декабре 2024 года строители подали иск в Специализированный межрайонный экономический суд Астаны о взыскании задолженности. QPS в ответ заявил встречный иск о взыскании с подрядчика несуществующего долга в 1 млрд 700 млн тенге и пени в 1,5 млрд.
Единственное доказательство для встречного иска - акт сверки, подписанный главным бухгалтером СМУ-5. Суд первой инстанции устанавливает: у бухгалтера не было полномочий на подписание этого документа. Казалось бы, дело ясное, что тут думать? Но нет. Суд принимает сторону QPS.
- Самое дикое началось с экспертизой, - возмущается Ольга Дацюк.
- Суд назначил строительно-техническую экспертизу. Эксперт направил ходатайство, в котором попросил предоставить дополнительные документы. А суд первой инстанции... просто проигнорировал это ходатайство. То есть, вообще никак не отреагировал. Эксперт вернул дело без исследования. А суд в решении написал: экспертиза не проведена по вине СМУ-5, так как сторона не предоставила документы. Это ложь! Мы готовы были предоставить все доказательства, но суд не создал для этого условий. Он просто сделал вид, что ходатайства не было.
В апелляционной инстанции история повторилась, но с еще более изощренным сюжетом. Суд вновь назначил экспертизу. Эксперты запросили оригиналы проектно-сметной документации. Суд выносит определение, в котором указывает заведомо ложную информацию: «оригиналов ПСД у сторон не имеется». Хотя по закону именно заказчик - QPS - обязан хранить и предоставлять эту документацию.
- Они даже не попросили QPS предоставить документы, - говорит юрист.
- У нас были копии, мы их отдали. QPS промолчало. Суд не применил элементарную норму: если сторона удерживает доказательства, значит, она их признает. В итоге экспертиза снова сорвалась. Апелляция оставила решение первой инстанции в силе. При этом мы просили предоставить аудио- и видеофиксацию судебных заседаний - нам отказали. О чем это говорит? О том, что суд сознательно уничтожал доказательства своей собственной предвзятости.
В итоге, суд взыскал с СМУ-5 в пользу QPS 1 млрд 700 млн тенге (якобы долга) и 300 млн неустойки. А требования СМУ-5 о взыскании реального долга за построенный завод отклонил. Объект введен в эксплуатацию, декларация о соответствии подписана, но работы по ней, по логике суда, никто не делал. Чудеса, да и только.
После долгих мытарств СМУ-5 все же удается добиться положительного решения по одному из эпизодов. Суд взыскивает с QPS в пользу строителей 991 млн тенге. Решение вступает в законную силу. Частный судебный исполнитель Ирина Ли приступает к взысканию.
И тут начинается то, что можно назвать «часом пик» в Генеральной прокуратуре.
6 октября 2025 года обращение ТОО «Qaragandy Power Silicon» — того самого должника - поступает в надзорный орган. 9 октября Генпрокуратура выносит постановление о приостановлении исполнения судебного акта. 8 декабря - только спустя два месяца — прокуратура физически истребует материалы гражданского дела для изучения.
- Протоколы не испрашивались. Материалы не изучались. Оценка законности не производилась. Но постановление вынесено, - резюмирует юрист.
- Более того, это постановление не имеет ни цифровой, ни личной подписи Генерального прокурора Берика Асылова.
Как говорит Ольга, им не оставалось ничего иного, как направить запрос: на каком основании, на какой норме закона, без изучения дела, без принесения протеста было вынесено это постановление?
- Ведь закон разрешает прокуратуре вмешиваться в споры хозяйствующих субъектов только в исключительных случаях: когда затрагиваются интересы государства или это инвестиционный спор, - поясняет Дацюк.
- Ни того, ни другого здесь нет. Это обычный спор двух коммерческих компаний. Но, видимо, для QPS сделали исключение.
Ответ, полученный в ответ на запрос от старшего помощника Генпрокурора Каскарбаевой Г.К., поверг юристов в шок своей откровенностью.
Каскарбаева подтвердила даты: обращение QPS от 6 октября, постановление от 9 октября, истребование дела - 8 октября, а получено оно лишь 8 декабря. То есть прокуратура официально признала, что вынесла решение о приостановлении законного судебного акта за три дня, даже не имея на руках материалов дела.
- Как можно оценить законность решения, не прочитав его, - задается вопросом Ольга Дацюк.
- А главное, к чему такая спешка? Кому так сильно нужно было спасать QPS от уплаты долга? Когда мы попросили предоставить само заявление QPS, на основании которого все закрутилось, нам ответили отказом, сославшись на «особый порядок работы с обращениями».
- Если в Астане работают быстро, то в Караганде работают на опережение, - отмечает Ольга.
Согласно документам, 5 ноября 2025 года прокурор района имени Казыбек би КасымА.М. налагает арест на расчетный счет ЧСИ Ли И.С. В письме, направленном в Форте Банк, он указывает основание: «в рамках уголовного дела».
Проблема же, согласно словам юриста, заключается в том, что уголовного дела на тот момент еще не существовало. Оно было возбуждено спустя пять часов после того, как письмо ушло в банк.
- У прокурора Касыма, видимо, открылись сверхъестественные способности, позволяющие ему видеть будущее, - иронизирует Ольга Дацюк.
- Он наложил арест на счет ЧСИ за пять часов до возбуждения уголовного дела. Причем арест наложен не на конкретную сумму, а на весь счет целиком. А на этом счету - деньги взыскателей по четырем тысячам производств: алименты, зарплаты, штрафы. Люди, выигравшие суды, не могут получить свои кровные. Но нашим прокурорам это неважно, им важно защитить «инвестора» QPS.
Уголовное дело было возбуждено по заявлению ТОО «Qaragandy Power Silicon» о сговоре должника и частного судебного исполнителя. При этом, сам заявитель - должник. Потерпевших нет. Подозреваемых нет. Уже четыре месяца.
- Это дело не могли прекратить только потому, что прокурор Ержан Бердибеков, первый заместитель прокурора Карагандинской области, лично настоял на его возбуждении и блокирует закрытие, - утверждает юрист СМУ-5.
- Следователи пытались его закрыть за отсутствием состава, но Бердибеков отменил постановление и потребовал изъять у ЧСИ ноутбук и отдать на экспертизу. Якобы ЧСИ мог виртуально удалять данные из республиканской базы. Хотя никаких доказательств этому нет. Но ноутбук изъяли. Производства стоят. Люди ждут.
Форте Банк, получив «письмо счастья» от прокурора, арестовал весь счет. Хотя, по утверждению Ольги Дацюк, должен был арестовать только сумму, указанную в требовании.
- Руководство банка прекрасно знало, что не имеет права исполнять арест по требованию надзорного органа без соответствующего судебного решения, - комментирует Ольга Дацюк.
- Но они незамедлительно все исполнили. Видимо, тоже захотели помочь «инвестору».
Более того, юрист делает особый акцент на том, что прокуратура вообще не имеет права накладывать аресты.
- Прокуратура лишь дает санкции. Если арест и накладывается соответствующим лицом, то исключительно на сумму притязаний, а не на весь расчетный счет. Здесь налицо двойное нарушение. После того, как было возбуждено сфабрикованное уголовное дело, следственный суд на основании постановления следователя наложил арест, но уже на сумму притязания. Однако Форте Банк сделал по-своему, проигнорировав постановление суда - повторно полностью заблокировав счет.
Чем объясняют свои действия прокуроры? Красивым, почти магическим словом «инвестиции». Мол, ТОО «Qaragandy PowerSilicon» - инвестор, спор, стало быть, инвестиционный, и мы обязаны его защищать. Эта мантра повторяется во всех ответах на жалобы и в судебных заседаниях с завидным упорством.
Вот только статья 273 Предпринимательского кодекса РК говорит об ином. Инвестиционным признается спор между инвестором и госорганом, вытекающий из инвестиционной деятельности.
Инвестиции из средств госбюджета - а кредит БРК - это именно бюджетные средства, данным кодексом не регулируются.
- QPS не инвестор, - уверенно говорит юрист.
- Он получатель бюджетных средств, выделенных под проект. СМУ-5 - не госорган. Это обычный хозяйственный спор. Но прокуроры упорно не замечают этой коллизии. Возможно, потому, что им это выгодно. Или потому, что прикрывают чьи-то интересы. В своих ответах они даже не удосуживаются сослаться на конкретную норму закона, дающую им право вмешиваться. Просто размахивают словом «инвестиции» как знаменем. Красивое слово, ничего не скажешь. Прикрывает многое.
В ответе Генеральной прокуратуры от 21 января 2026 года №ЖТ-2025-04627994, который нам удалось изучить, сказано, что рассмотрение жалобы СМУ-5 прекращено. Основание - те самые «инвестиции». Ни одной ссылки на конкретную норму закона.
Хронология этой «инвестиционной заботы» выглядит так. Жалобы СМУ-5 рассматриваются прокуратурой не менее двадцати рабочих дней. Обращения QPS - должника - рассматриваются в рекордные сроки. Некоторые, как утверждают представители СМУ-5 со ссылкой на входящие номера, - в течение часа. Жалобы на действия прокуроров Бердибекова и КасымаГенеральная прокуратура отправляет на рассмотрение... Бердибекову и Касыму. Результат предсказуем, как восход солнца.
- Невероятно, но факт: когда мы жалуемся на Бердибекова, нашу жалобу отправляют ему же, — говорит Ольга Дацюк.
- И он, конечно, пишет, что все законно. Замкнутый круг. Достучаться до правды невозможно. Мы как в клетке.
Сегодня ТОО «СМУ-5» фактически уничтожено. Компания, построившая за свою тридцатилетнюю историю десятки социально значимых объектов, не может платить по счетам. Субподрядчики, выполнившие работы по строительству завода, остались с пустыми руками и разбитыми надеждами. Люди потеряли работу, а кто-то вместе с ней - и веру в справедливость.
Завод QPS, ради которого затевалась вся эта многоходовка, не работает в полную силу. Из четырех руднотермических печей запущена только одна - и то, как утверждают источники, знакомые с ситуацией, исключительно «для отвода глаз», чтобы не снимать с предприятия статус действующего. Производство не идет, сплавы не выплавляются, прибыль не генерируется. Но долги перед подрядчиком, по логике прокуратуры, платить не обязательно. Инвестор - святое, даже если его статус только на бумаге.
В Караганде на специальном счету ЧСИ до сих пор заморожены миллионы тенге, принадлежащие обычным людям, не имеющим никакого отношения к спору между заказчиком и подрядчиком. Тем, кто ждал зарплату, чтобы заплатить за квартиру. Тем, кто ждал алименты, чтобы купить детям молоко. Тем, кто ждал свои кровные, выбитые через суды, чтобы просто жить дальше. Прокуроры, устроившие этот правовой хаос, продолжают ходить на работу и, вероятно, получать зарплату из того самого государственного бюджета, который они так рьяно защищают от «посягательств» подрядчика.
А в Генеральной прокуратуре царит тишина. На многочисленные обращения СМУ-5 приходят отписки, составленные по одному шаблону. На постановлении, остановившем миллиардный иск, так и не появилась подпись. Может, ее просто забыли поставить. А может, это такой особый стиль работы - когда хочешь помочь, но не хочешь светиться.
