Житель Бурабая Ордан Дайрабаев уже 26 лет обивает пороги высоких кабинетов. Он хочет одного: чтобы был пролит свет на убийство его младшей сестры Тамары и ее подруги Гульмиры. Но зверское двойное убийство девушек, совершенное в Алматы в далеком 2000 году, почему-то стало нерешаемой головоломкой для правоохранительных органов. И это при том, что в деле были и признание подозреваемого, и вещественные доказательства, и свидетели. Как вышло, что улики исчезли, а сама папка с делом оказалась в мусорном мешке? Ответ на этот вопрос Ордан Дайрабаев безуспешно пытается получить на протяжении четверти века. Почему это ему так и не удалось, выяснял корреспондент Ulysmedia.kz.
В тот день, 2 июня 2000 года, Алматы утопал в зелени, воздух дрожал от зноя, и жизнь казалась вечной. Ордан Дайрабаев, как обычно, зашел в магазин, где работала его младшая сестра Тамара - приятная, улыбчивая женщина, только что перешагнувшая тридцатилетний рубеж. Она перебирала продукты, шутила с подругой Гульмирой Мынбаевой, смеялась. Вечером их ждал корпоратив - нарядные платья, музыка, звон бокалов. Ордан купил продукты, они постояли у прилавка, обсудили планы.
- Мы встретились с Тамарой у нее в магазине, я покупал продукты, и мы договорились, что на следующий день, 3 июня, поедем проведаем младшего брата, его призвали на службу в Капчагай, - вспоминает Ордан.
Потом, по его словам, хлопнула дверь, он обернулся - Тамара махнула ему рукой. Это был последний раз, когда он видел сестру живой.
На следующее утро, когда небо еще только начинало светлеть, в калитку дома Ордана на улице Хамиди заколотили соседи. Стук был настойчивым, тревожным, как будто кто-то бил в барабан самой судьбы. Ордан накинул халат, вышел во двор. Соседи сказали, что их срочно ищет родственница. Он побежал к телефону - и на том конце провода услышал голос младшей сестры Карлыгаш. Она плакала, слова путались. Сказала, что ей звонили из райотдела, ее телефон нашли в записной книжке Тамары. И два слова пробили набатом: “Тамару убили”.
- Мы пережили шок тогда! — говорит Ордан, и его голос до сих пор дрожит при этих словах.
Ордан вспоминает: когда переступил порог квартиры, где жила Тамара, ему показалось, что он попал не в дом сестры, а в преисподнюю. Гостиная, еще недавно уютная и светлая, превратилась в черную пустыню: обои спеклись в корку, на полу хрустел под ногами пепел — все, что осталось от книг, фотографий, вещей. Кладовка выглядела еще хуже - груда углей и обломков.
Но кухня странным образом уцелела. И именно там, на стене возле газовой плиты, он увидел то, что врезалось в память на всю жизнь: темные, почти черные брызги крови, застывшие на побелке.
Как вспоминает Ордан, Тамару нашли здесь - ее тело застыло в позе отчаянной попытки подняться на руках, будто она пыталась отползти, укрыться от того, кто наносил удары ножом.
- Она так и застыла в этой позе, словно собираясь подняться на руках, - вспоминает Ордан жуткую картину.
В комнате лежала Гульмира - но ее почти невозможно было узнать. Огонь, которым убийцы попытались замести следы, съел плоть ниже пояса, обнажив ослепительно белые тазовые кости - жуткий контраст с обугленной кожей. Позже следователь объяснил: девушку облили горючей жидкостью, как мусор, и подожгли. Но почему-то не тронули кухню, где осталась кровь.
А на кухонном столе, словно в насмешку, стояли четыре пиалы с остатками спиртного. Четыре стула - по два с каждой стороны, напротив друг друга. И маленькая чашка с потухшей свечой посередине. По версии следователей, убийцы наглухо закрыли окна, открыли газ, зажгли свечу и ждали взрыва, который испепелил бы все. Но на кухне работала вытяжка, поэтому газ выветрился, свеча погасла, и взрыва не случилось. Улики остались.
Как говорит Ордан, отпечатков пальцев не нашли. Ни одного.
Алматинской полицией в то время руководил Калмуханбет Касымов. Дайрабаев утверждает: уже через три дня, проведя поквартирный опрос и опросив соседей, оперативники вышли на след. Подрзреваемым оказался некий Сергей Цыплаков — высоченный громила, ранее судимый наркоман. Он работал таксистом в компании Daewoo Alem, и именно его машина, как было установлено, подвозила девушек в ту зловещую ночь к дому Тамары.
Из материалов дела брат убитой узнал: при обыске в квартире у Цыплакова изъяли вещи, принадлежащие Тамаре: новенькие махровые полотенца с бирками «Укр ССР».
- Она купила их в Киеве, когда училась в институте, и берегла как приданое, - вспоминает Ордан.
В той же сумке были золотые украшения - колечки и цепочки, что-то Цыплаков, по его собственному признанию, уже обменял на героин у местных барыг.
Дайрабаев утверждает, что подозреваемый собственноручно написал явку с повинной на зеленом листе формата А4.
- Протокол допроса его напарника тоже был в материалах дела. Он указал на странное поведение подозреваемого после преступления: как тот метался по комнате, как трясся, как бормотал что-то невнятное про «девок» и «огонь».
Казалось бы, дело раскрыто: вот они - улики, признание, свидетельские показания. Оставалось лишь судить убийцу и посадить.
Но вместо тюрьмы подозреваемого ждал обезьянник» Ауэзовского РОП и десять суток ареста. А потом - подписка о невыезде и свобода.
- При наличии вещдоков и улик районный прокурор не дал санкции на арест подозреваемого, - восклицает Ордан, и в его голосе не только боль, но и гнев, копившийся четверть века.
Ордан, получивший официальный статус потерпевшего по делу, досконально изучил материалы и обнаружил детали, которые не укладываются в версию о наркомане-одиночке. По его словам, за столом сидели четверо: две жертвы и двое убийц. Но в деле фигурирует лишь один подозреваемый.
- Какой наркоман обладает навыками профессионального убийцы и додумался методично, последовательно стереть все следы пальцев по квартире, если пил водку с погибшими, - задается вопросом Ордан.
- Если стояли четыре пиалы на столе, четыре стула около стола, по два с каждой стороны, напротив друг друга. И какой наркоман пойдет на двойное убийство, одновременно насилуя девушек по разным помещениям квартиры - в кухне в 9 квадратных метров и гостиной?
По его убеждению, убийц было минимум двое, и это были не случайные наркоманы - они действовали хладнокровно и профессионально, умело заметая следы.
Как положено, в первые часы после обнаружения тел следователи проводили поквартирный опрос в доме Тамары. Ордан утверждает, что одна из жительниц подъезда, возвращавшаяся домой с ночной смены, рассказала, что видела двух мужчин.
- Соседи сообщили оперативникам, которые по горячим следам вели поквартирный опрос в том доме, что видели двух мужчин, один из которых был высокий и прихрамывал на одну ногу, когда спускался вниз по лестнице. Это сообщила женщина-соседка по этажу, которая в то раннее утро возвращалась домой со смены. Вскоре она умерла, - вспоминает Ордан.
Кроме того, Дайрабаев рассказал, что со слов задержанного Цыплакова был составлен фоторобот - карандашный рисунок, который Ордан видел в деле собственными глазами. На нем отчетливо просматривался профиль человека, которого Ордан сразу узнал: это был оперативник, работавший в том же РОП.
Проверяли ли эту версию? Ордан не знает. Но уверяет: фоторобот лежал в деле - до того, как его изрядно «отфильтровали».
Есть еще одна деталь, которая не дает покоя брату убитой Тамары. Он все время задается вопросом: откуда у наркомана вдруг появились деньги на двух адвокатов?
- Они приходили к нему в «обезьянник» каждый день, утром и вечером, носили еду, следили, чтобы он не замерз, не проголодался - заботились как о родном, - возмущается он.
- И так десять суток подряд. Позже, на личном приеме у министра МВД Тургумбаева, мне сказали, что это были два адвоката от государства. Неужели бесплатные адвокаты так усердно трудятся?
И еще один эпизод, который он вспомнил позже. В 2001 году Ордан узнав, что в деле есть видеокассета с записью камер наблюдения из развлекательного центра «Family Parк», а именно там девушки садились в такси в ту ночь, и их, по словам следователя, сопровождали двое мужчин азиатской внешности, он решил ее просмотреть. В казино была аппаратура, и хозяева дали добро. Но когда он обратился к следователю, тот ответил: кассету вернули обратно.
Кассета исчезла, как и многие другие улики. Но Ордан помнит: на ней были двое мужчин, сопровождавших девушек. И один из них, возможно, был тем самым хромым, которого видела соседка.
Ордан хорошо помнит тех, кто начинал расследование.
- Это были настоящие «волкодавы», охотники на маньяков, - говорит Ордан.
- Именно они раскрыли одно из самых жутких дел 90-х в Алматы — дело наркоманов-братьев, убивавших проституток с улицы Сейфуллина. Тела жертв находили по частям, маньяки пускали их на фарш, скармливали собакам. Эти следователи нашли преступников, связали, посадили, и заслужили репутацию беспощадных профессионалов.
Этих следователей назначили на дело Тамары и Гульмиры. Они взяли след, почти сразу вышли на таксиста Цыплакова, начали копать глубже, опрашивать свидетелей, изучать детали. Но через пару недель, когда нить уже была натянута, «волкодавов» внезапно отстранили. Без объяснений, без приказов - просто сменили.
- Почему? Что они могли раскопать? На кого выйти? – до сих пор задается вопросами Ордан Дайрабаев.
Он убежден: они вышли на след тех, кто стоял за спиной наркомана-таксиста - тех, кто оплатил адвокатов, кто дал команду отпустить, кто потом уничтожил улики.
По словам Ордана Дайрабаева, в то время начальником Ауэзовского РОП был Александр К. Ордан знал его лично, но после убийства К. вдруг стал неуловим. На звонки не отвечал, на встречи не приходил, ссылался то на занятость, то на командировки.
- Он меня избегал - то занят, то уехал. Я уверен, что он знает многое об этом преступлении. После ухода первых оперативников каждый новый вступал в должность, не знал, что было до него, - вспоминает Ордан.
- Пятый был Тимур С., старший лейтенант, только что переведенный из РОВД Алмалинского в ГУВД Алматы. Он сам признался, что его заставили принять дело с утерянными вещдоками.
Спустя годы, уже при другом начальнике следствия, тот, по утверждению Ордана, связался с ним по WhatsApp и подтвердил страшное: дело нашли в мусорном мешке, который готовили на уничтожение. Папка была изорвана, многие страницы отсутствовали, некоторые были заменены другими.
Улики, которые могли бы пролить свет на истину - отпечатки, видеокассета, вещи убитых, протоколы опросов, фоторобот - все это исчезло. Будто кто-то методично, с холодным расчетом, уничтожал каждый след, ведущий к правде.
Ордан не верит в халатность. Он твердо убежден: это был умышленный саботаж.
- За эти годы я разговаривал с многими следователями, операми, прокурорскими, и все как один соглашались - дело развалили. В одном я уверен - за этим стоят те, кому выгоден был этот «висяк», - заявляет он.
Все это время Ордан писал во все инстанции - в МВД, Генеральную прокуратуру, администрацию президента. В ответ приходили лишь казенные отписки.
- На все мои обращения в госорганы РК мне присылали дежурные отписки. Прокуратура города Алматы отвечала так: «Лиц, причастных к преступлению, не установлено».
По словам Ордана Дайрабаева, в 2019 году министр внутренних дел Ерлан Тургумбаев на личном приеме пообещал разобраться. Дело изучили. Нашли. Но сдвига не произошло. Никто не был наказан, никто не привлечен к ответственности.
Редакция «Ulysmedia.kz» направила запрос в МВД и также получила формальный, сухой ответ: «В июне 2000 года было возбуждено уголовное дело по ст. 96 ч. 2 УК РК. В рамках расследования проведены необходимые оперативно-следственные мероприятия. В то же время оперативно-розыскные мероприятия, направленные на раскрытие преступления и установление виновного лица, продолжаются».
Продолжаются 26 лет. Дело не закрыто, не приостановлено. Оно зависло в архивах.
Сегодня Ордану Дайрабаеву 61 год. Он живет в поселке Бурабай, среди сосен и озер, вдали от той алматинской квартиры, где погибла его сестра. Но память не отпускает. Он просыпается каждое утро с мыслью, что убийца где-то рядом - дышит, ходит, стареет, возможно, даже улыбается, но так и не понес наказания.
- Месть - это блюдо, которое подают холодным, - тихо говорит он, и в его словах нет злобы, только глубокая усталость от многолетней несправедливости.
Он добивается одного - чтобы закон, наконец, проснулся, чтобы убийство, в котором все кричит о виновном, перестало быть «ничьим». Чтобы следователи, которые развалили дело, ответили за свои действия. Чтобы правда восторжествовала.
- Верить в госорганы РК - это как горохом об стену. Такая мораль сложилась за годы правления Назарбаева. Когда мораль общества заточена под ценности коррупции и блата, то все потуги бесполезны. Это не пессимизм. Это анализ прожитых лет.
Ордан продолжает верить, что когда-нибудь правда пробьется сквозь толщу бюрократического равнодушия. Потому что иначе - зачем тогда были эти 26 лет боли, писем и надежд?
