Для NCOC вопрос ремонта навигационных каналов – это не просто очередной производственный проект. От него напрямую зависит дальнейшая эксплуатация Кашагана – крупнейшего нефтяного месторождения Казахстана и одного из самых дорогих нефтегазовых проектов в мире. Но он же является и своего рода «рычагом», через который активисты умудряются преследовать какие-то свои цели и оĸазывать давление. О том, как идет диалог о будущем региона, Кашагана и Каспия, узнавал корреспондент Ulysmedia.kz.
В условиях продолжающегося обмеления Каспийского моря компания оказалась перед необходимостью поддерживать уже существующую инфраструктуру. Без этого под угрозой может оказаться доставка грузов, оборудования и персонала на искусственные острова месторождения, а также промышленная безопасность.
По разным оценкам, за время реализации проекта Кашаган инвесторы вложили в него от 55 до 60 млрд долларов. Некоторые эксперты называют еще большую сумму – до 80–86 млрд долларов с учетом строительства инфраструктуры, замены трубопроводов и последующих модернизаций.
Для понимания масштаба: соглашение по Северному Каспию было подписано еще в 1997 году, месторождение открыли в 2000-м, а промышленная добыча после многочисленных задержек и технических проблем началась лишь в 2016 году. Добыча на Кашагане достигла 17–18 млн тонн нефти в год, и участники консорциума уверяют, что потенциал месторождения далеко не исчерпан.
Но если еще несколько лет назад спорили о том, стоило ли вообще осваивать Кашаган, то сегодня вопрос стоит иначе: что делать с уже созданной инфраструктурой в условиях стремительного снижения уровня моря?
По сути, вариантов всего два: либо ежегодно вести работы по поддержанию канала в пригодном для судоходства состоянии, стараясь минимизировать воздействие на окружающую среду, либо отказаться от таких работ и в ближайшей перспективе столкнуться с ограничением судоходства на действующем месторождении. Именно перед таким выбором оказался оператор Кашагана.
Для нефтяников ситуация выглядит достаточно прагматично: если суда не смогут безопасно проходить по каналу, неизбежно возникнут риски для логистики, снабжения и безопасности производственных объектов, на которых трудятся тысячи атыраусцев. При этом NCOC традиционно старается не ограничиваться формальным прохождением экологических процедур. Компания советуется с активистами-экологами и выносит проекты на суд общественности.
Так произошло и в этот раз. За круглый стол по вопросу капитального ремонта навигационных путей и акваторий островов Кашагана пригласили экологов, ученых, общественных активистов, представителей государственных органов и местных депутатов.
Журналист Ulysmedia.kz на встрече обратил внимание, что сам проект дноуглубительных работ, включая мониторинг, проводится в соответствии с требованиями законодательства. Однако некоторых участников это интересовало далеко не в первую очередь.
К примеру, председатель комиссии областного маслихата Арман Хайруллин начал с обвинений представителей компании в недостаточном контроле за экологическими проектами. Представители NCOC в ответ сообщили, что все проекты, включая мониторинг, проводятся по закону.
Арман Хайруллин продолжил и поднял вопросы по контрактным договорам, ссылаясь на имеющуюся у него информацию и обвиняя компанию в неправильном выборе. Представители NCOC объяснили, как проходит отбор, и заверили в прозрачности процесса. Но объективные ответы не интересовали инициаторов вопросов, наоборот, специалистов перебивали и даже переходили на личности
Общественный активист Лунара Максутова перешла на статистику заболеваний в Атырауской области в обобщенном виде с резким переходом на критику и не желала слушать ответы.
Руководитель экологического объединения «Глобус» Галина Чернова, как и на многих предыдущих обсуждениях экологических проектов на Каспии, строила выступление на эмоциональной критике компании. При этом часть ее аргументов основывалась на замечаниях и данных, которые представители NCOC и привлеченные ученые-экологи называли устаревшими либо уже учтенными в ходе доработки проекта. В частности, речь шла о составе донных отложений, объемах отходов и ряде замечаний, которые, по словам специалистов, были сняты на этапе предыдущих согласований.
Чернова настаивала, что в донных отложениях выросло содержание брома. По её мнению, это произошло при использовании растворов для бурения. Однако представители NCOC напомнили, что буровые работы на Кашагане проводились еще в 2013 году и никаких утечек раствора тогда зафиксировано не было. А ту его часть, что пошла в утилизацию, отправили на специальный полигон в Мангистауской области. А стало быть, на нынешний химический состав донных отложений буровые работы на Кашагане повлиять не могли.
Представителям компании пришлось напоминать, что круглый стол посвящен конкретному проекту. Лишь спустя значительное время дискуссия вернулась к дноуглубительным работам. При этом часть претензий строилась на данных и аргументах, которые, как уверяют представители компании, уже учтены в новой версии проекта.
Специалисты напомнили, что речь идет не о новом строительстве канала, а о расчистке уже существующего навигационного пути от накопившегося ила. Аналогичные работы уже проводились на канале в 2021–2022 годах, но обмеление Каспия – это сложный и до сих пор продолжающийся процесс, поэтому чистить дно необходимо снова.
Экологи компании «Эко-Эксперт», которые проводили ОВОС, сообщили, что выбран наиболее щадящий способ проведения работ, который позволяет избежать образования миллионов тонн отходов, фигурировавших в альтернативных расчетах.
Сотрудники NCOC к общественным слушаниям готовились основательно – они вооружились данными о дноуглубительных работах со всего мира. Как подчеркнул менеджер по охране окружающей среды NCOC Тимур Джантаев, подобные проекты реализуются во многих странах мира и давно являются стандартным инструментом поддержания судоходства.
Уровень Каспийского моря снижается – там, где суда еще недавно проходили без ограничений, сегодня накапливаются донные отложения и ил. Кашаган расположен на искусственных островах, поэтому канал выполняет сразу несколько функций. Он обеспечивает доставку персонала и грузов, а также может использоваться для эвакуации работников в случае чрезвычайных ситуаций.
– Если канал не поддерживать в рабочем состоянии, под угрозой окажутся поставки грузов и оборудования на морские объекты, а также возможность оперативного реагирования в аварийных ситуациях и эвакуации персонала, – утверждают в NCOC.
На проектирование и согласование этого инфраструктурного проекта ушло несколько лет. Строительство сопровождалось длительными обсуждениями с экологами и общественностью. В итоге была создана целая система каналов, позволяющая судам безопасно подходить к островам месторождения. По данным компании, с 2022 по 2025 год толщина слоя ила в отдельных участках увеличилась, и были случаи, когда суда здесь садились на мель.
Для проведения работ планируется использовать земснаряды – специализированные суда для выполнения грунтовых работ на дне водоемов. В NCOC утверждают, что выбран метод, при котором воздействие на окружающую среду будет минимальным, и компенсационные мероприятия предусмотрены в размере 3,9 млрд тенге. При этом экологи в ходе слушаний продолжали настаивать: именно NCOC виновна в экологических проблемах Атырау.
Отвечал им директор NCOC по охране здоровья, труда, окружающей среды и безопасности Уалихан Жанаисов. Он напомнил про сезонный мониторинг как на суше, так и на море (в том числе во время проведения работ) в соответствии с требованиями, а также о том, что с прошлого года работает автоматизированная система мониторинга – информация в режиме онлайн ежедневно передается в министерство экологии.
Кроме того, в санитарно-защитной зоне и на территории города работают 20 станций мониторинга, которые в режиме онлайн передают данные в «Казгидромет». Ну и самое главное – в Атырауской области работают десятки крупных промышленных предприятий. В прошлом году по инициативе акимата была проведена комплексная оценка совокупного воздействия всех производств на окружающую среду. Поэтому возлагать ответственность за экологическую ситуацию на компанию, по мнению Жанаисова, было бы неправильно, равно как и упрекать бизнесменов в том, что они не заботятся о регионах присутствия.
– NCOC в рамках фиксированных обязательств на социально-инфраструктурные проекты и благотворительность в Атырауской и Мангистауской областях на сегодняшний день выделила более 900 млн долларов, – подчеркнул Жанаисов.
По его словам, каждый проект выносится на обсуждение с общественностью, и только на этот год запланировано более 20 таких встреч.
– Любая дискуссия должна приводить к поиску точек соприкосновения и балансу интересов. Думаю, такой формат общественного диалога мог бы стать хорошим примером и для многих других компаний, – подчеркнул он.
Между тем проект дноуглубительных работ действительно требует предметной дискуссии. Кашаган остается крупнейшей промышленной инвестицией в истории независимого Казахстана и одним из крупнейших нефтяных проектов мира. Прекращение добычи означало бы потерю значительных доходов для бюджета. Речь идет о налогах, экспортной выручке, дивидендах государства от участия в проекте и поступлениях в Национальный фонд. Помимо этого, вокруг месторождения сформировалась большая сеть подрядных организаций – транспортных, сервисных, строительных и логистических компаний. Тысячи рабочих мест прямо или косвенно связаны с функционированием Кашагана.
При этом нельзя игнорировать и другую сторону вопроса. Каспий действительно переживает непростой период. Обмеление моря фиксируют ученые разных стран, и общество вправе задавать вопросы о том, какую роль в происходящем играют природные процессы, климатические изменения и хозяйственная деятельность человека. Вероятно, задача сегодня заключается не в том, чтобы выбирать между экологией и экономикой, а в том, чтобы искать решения, позволяющие максимально снизить воздействие на окружающую среду при сохранении уже созданной инфраструктуры.
Директор NCOC по охране здоровья, труда, окружающей среды и безопасности Уалихан Жанаисов показал, что не боится неудобных вопросов. За несколько часов дискуссии ему пришлось выслушать и жесткую критику, и эмоциональные обвинения, и откровенно спорные утверждения. По его словам, работа с общественностью для компании давно стала частью производственного процесса.
– Мы всегда открыты для общества, а диалог с общественностью – это возможность услышать мнение людей и понять, что можно усилить или улучшить в наших планах, – говорит Жанаисов.
В подтверждение своих слов он приводит конкретные цифры по экологическим программам компании. Консорциум готов и в будущем вкладывать средства в развитие Атырау, поэтому диалога с активистами не боится.
– Если бы мы боялись людей, то просто закрыли бы двери и пускали только тех, кто имеет специальные приглашения. Но, как вы видите, наши двери открыты для всех. Мы проводим обсуждения в собственном здании, – отмечает он.
При этом Жанаисов подчеркнул, что не пытается понравиться всем и не соглашается с любой критикой только ради демонстрации открытости. Он убежден: диалог должен строиться не на упреках, а на поиске эффективных решений, даже когда речь идет о сложных проектах.
