В Алматы завершились общественные слушания, посвящённые проекту Алматинского горного кластера. Журналист Ulysmedia.kz побывал на завершающем обсуждении, но вместо диалога услышал в основном лозунги сторонников строительства.
Эти слушания за день были уже четвёртыми: до этого два аналогичных мероприятия уже прошли в Алматы (по проекту SuperSki и по строительству дороги на Кок-Жайляу), а ещё одно в Талгарском районе Алматинской области (по строительству горнолыжной инфраструктуры в той части нацпарка, которая находится в регионе). Некоторые участники обсуждения (например, режиссёр Ермек Турсунов) выступали уже во второй или третий раз, так что к концу долгого дня и сторонники, и противники проекта выдохлись.
Отрядов студентов с плакатами и броской атрибутикой, как утром, уже не было, да и активисты выглядели ощутимо усталыми. Впрочем, один молодой человек всё-таки пришёл с самодельным плакатом в поддержку строительства, но большую часть слушаний скромно держал его свёрнутым.
Перед началом слушаний в зале яблоку негде было упасть, но с каждым новым докладом собравшихся, казалось, становилось немного меньше. Всю трёхчасовую программу с многочисленными выступлениями, презентациями и сессией вопросов-ответов осилили лишь самые стойкие. К концу мероприятия примерно половина мест в зале опустела.
«Разогревать» аудиторию начал заместитель акима Алматы Олжас Смагулов. Именно ему доверили рассказ об усилиях городских властей по развитию туризма и о том, как необходим городу горный кластер в Иле-Алатауском национальном парке.
— Туризм не развивается лозунгами! Туризм развивается инфраструктурой! — Олжас Смагулов, сам того не заметив, выдал весьма классический лозунг. — Пока мы обсуждаем, кто-то сомневается, наши соседи уже действуют. В регионе давно началась конкуренция за туризм, за рабочие места, за инвестиции. Соседние страны вкладывают миллиарды долларов бюджетных средств в развитие горных курортов. Вопрос для Алматы очень простой: сохраним ли мы за собой статус главного центра горного туризма в Центральной Азии? Или будем наблюдать, как его теряем?
Примерно в том же стиле были выдержаны и следующие доклады: в каждом из них сквозила мысль о том, что без горного кластера южному мегаполису не обойтись никак. Следом за Смагуловым выступил заместитель председателя правления ТОО «Almaty Tau Management» (с бизнес-обоснованием), а основной доклад представила заслуженный эколог РК Елена Жданова (с успокаивающими объяснениями).
Большинство аргументов в пользу строительства АГК звучали привычно: действующая инфраструктура изношена, Шымбулак переполнен, добираться в горы проблематично, нужно развивать туризм и создавать рабочие места. А что касается экологии, то кластер, как уверяли авторы докладов, займёт считаные доли процента от всей площади Иле-Алатауского нацпарка. Памятники истории и культуры (на территории, отведённой под АГК, есть древние археологические артефакты) превратят в музеи, а краснокнижные животные якобы не обитают в той части парка, где планируется стройка.
Наиболее ярко в поддержку проекта АГК выступил экономист Мухтар Тайжан — бывший член Национального совета общественного доверия при президенте и глава фонда Болатхана Тайжана. Он в своей презентации собрал «мифы» о горном кластере, которые, по его собственному мнению, успешно опроверг.
Впрочем, аргументы г-н Тайжан подобрал небезупречные. Например, от опасений насчёт того, что проект станет очередной коррупционной кормушкой, он отмахнулся с единственной фразой: «Ну, если кто-то будет воровать, то его просто посадят». Примерно настолько же глубоко он анализировал и другие доводы противников строительства. Например, высказался о проблеме лавиноопасности на предполагаемом новом курорте.
— Говорят, слишком лавиноопасно. Это информация 50-летней давности. 50 лет назад наши спасатели ходили пешком, мерили, спускали лавины... Сейчас стоят датчики — если красным загорается, кнопку нажимаешь, происходит микровзрыв, лавина спускается. Сейчас это не проблема. А те случаи, которые происходят у нас на Шымбулаке, происходят в местах, не положенных для катания, — заверил Мухтар Тайжан.
Пожалуй, наиболее странной частью презентации г-на Тайжана стало его заявление о том, что будущий горнолыжный курорт в Алматы ориентирован на богатых иностранных туристов. Но при этом для иностранцев он должен стать «дороже, чем Куршевель». Возникает вопрос: зачем условному немцу или британцу лететь в Алматы, чтобы покататься на лыжах, если на европейских курортах ему это обойдётся дешевле? Или почему турист из Китая должен выбрать именно АГК, а не новый горный кластер, который собираются строить в соседнем Кыргызстане? Об этом, увы, Тайжан не говорил.
Зато аудитория бурно аплодировала предложению представителя одной из политических партий, который призвал сделать цены для иностранцев на новом курорте в десять раз выше, чем для казахстанцев. Если эту инициативу реализуют, АГК вполне может стать «Куршевелем для своих» — местом, где очень обеспеченные граждане Казахстана смогут отдыхать на европейском уровне, не уезжая далеко от дома. Как говорится, дёшево и сердито.
Многие пункты в докладах звучали действительно актуально — например, замечание, что все предлагаемые нововведения будут реально работать лишь в том случае, если доля общественного транспорта достигнет 70%, а количество туристов, едущих в горы на своих авто, резко снизится. Но к ряду других заявлений возникают вопросы.
Например, по проекту суммарная посещаемость всех курортов, когда Алматинский горный кластер будет достроен, достигнет 45 тыс. человек в день. Шымбулак сейчас рассчитан на 15 тыс. человек при пиковой загрузке, то есть антропогенная нагрузка на участок увеличится втрое.
Суммарную протяжённость горнолыжных трасс хотят нарастить с 41 до 192 км, туристический поток — с двух до десяти миллионов человек в год. В Бутаковке на высоте двух тысяч метров собираются строить целых два отеля (один для среднего класса, второй люксовый), а также шале и рестораны. На Ой-Карагае, согласно плану, тоже появятся отель и ресторан. Но при этом, по заверениям спикеров, экологическое воздействие якобы будет минимальным. Эти утверждения вызвали у некоторых присутствующих логичные вопросы о том, как будут поддерживать в чистоте территорию нацпарка при таком наплыве туристов.
Возможность задать вопрос была у всех, но воспользоваться ею не всегда удавалось.
Во-первых, в зале по чистой случайности обнаружилось большое количество специалистов по горнолыжной инфраструктуре, представителей туристического бизнеса, спортсменов, детских тренеров и просто «неравнодушных алматинцев», которые спешили сообщить, что давно мечтали о таком кластере и всячески поддерживают его появление. Вопросами такие заявления и выражения солидарности не являлись, но отнимали время — в результате Анар Жандосову и других активистов, пришедших выразить сомнения насчёт проекта АГН, удалось эффективно «заболтать».
Во-вторых, в зале находилась достаточно большая группа женщин, которые при каждом мало-мальски неудобном вопросе начинали громко возмущаться (их собственные выступления сводились к тому, что «нечего тут обсуждать», и вообще надо бы как в Китае — «если партия сказала строить, надо строить»).
В-третьих, по странному стечению обстоятельств у сторонников строительства никаких проблем с оборудованием не возникало. А вот Сергей Куратов, председатель экологического общества «Зелёное спасение», был вынужден два раза подряд задавать вопросы в неработающий микрофон.
Когда эколог наконец-то смог задать вопрос, он поинтересовался, почему общественные слушания фактически провели уже после того, как все основные решения по проекту были приняты.
— Почему не рассматривались альтернативные проекты и «нулевой» проект, то есть отказ от строительства? — недоумевал Сергей Куратов.
На это активисту ответили, что строить, мол, больше негде: шаг влево, шаг вправо, и либо попадёшь в заповедную зону, где любое инфраструктурное строительство строго запрещено, либо куда-нибудь в Каскелен, откуда слишком далеко ехать до аэропорта и где проблемы с транспортной доступностью. Так что — да, в каком-то смысле властям Алматы «мёдом намазано» именно в Кок-Жайляу и Бутаковке. Это подтвердил Олжас Смагулов, когда с нескрываемым раздражением отметил:
— Мы последние десять лет только тем и занимались, что отказывались от строительства.
К концу трёхчасовых слушаний тем, кто выдержал их до конца, окончательно стало ясно: что власти решили, то они и сделают. Уже никого не спрашивая.
О том, как прошли другие слушания по проекту АГК, читайте в наших материалах.
